Талемир невольно рассмеялся, вспомнив разговор с матерью, который он тогда еще не понимал…
— Я хотел, чтобы она поехала со мной в Тезмарр. Я беспокоился о ее безопасности в пути. Я беспокоилась о сотне вещей, когда думал о ней одной… Она грустно улыбнулась, прежде чем протянуть мне его… — Талемир помахал сапфиром перед Дрю. — Человек, который подарил ей его, был тем, кого она очень любила когда-то давно… По какой-то причине ему тоже нужно было уйти, и он сказал ей… Иногда, чтобы любить кого-то, нужно его отпустить. И что иногда, чтобы идти туда, куда нужно, мы должны свернуть с одного пути на другой…
— Это все очень философски, — медленно произнесла Дрю.
— Наверное. Но она сказала мне, что однажды я пойму, а когда пойму, то передам драгоценный камень кому-нибудь другому, кому нужно усвоить этот урок.
Прохладный ветер проносился по каналу, плот покачивало по течению, Талемиру стало тошно, и он отчаянно пытался отвлечься. Поэтому он ухмыльнулся Дрю.
— Ты думала, это драгоценность для влюбленных, да? Подарок, признающийся в любви на всю жизнь, или что-то в этом роде…
— Я не думала.
Ухмылка Талемира только расширилась.
— Лгунья.
Дрю нахмурился.
— Ну и что с того? Это ничего не значит.
— А разве нет? — поддразнил Талемир, заправляя сапфир обратно в рубашку. — Я бы сказал, что это значит, что ты…
— Даже не заканчивай это предложение, Боевой Меч. Нам предстоит еще долгий путь, и я не позволю тебе… — Дрю прервала себя, бросив взгляд на волны за бортом плота. — Ты это видел? — В ее голосе слышалась дрожь.
Талемир обернулся. Там не было ничего, кроме черных волн.
— Скажи, что ты меня разыгрываешь? — тихо сказал он.
Ее глаза расширились.
— Я бы хотела, чтобы это было так.
И тут он увидел: два плавника, выходящие на поверхность.
Акулы.
И он понял, почему. Вслед за плотом тянулся отчетливый красный след. Кобыла Дрю кровоточила из пореза на задней ноге, кровь медленно, но верно стекала на дно плота и в воду позади них.
— Черт, — пробормотал он. — Это же практически маяк…
Дрю покраснела, заметив его.
— Мы идем так быстро, как нам позволяют ветер и течение, но рулевое управление на этой штуке не слишком сложное.
— Все в порядке, — вздохнул Талемир, сохраняя спокойствие. — Они не могут…
Что-то стукнулось о нижнюю часть плота.
— Черт, — пробормотала Дрю, хватаясь за руль. — Оставайся в центре.
Но Талемир не смотрел на центр. Он смотрел на бесчисленные заостренные плавники, выныривающие из морских глубин, чувствующие запах крови в воде и кружащие вокруг слабого плота, исследуя щедрую плату за проезд на борту. Волосы на затылке Талемира встали дыбом, когда он оценил расстояние между их лодкой и берегом по обе стороны. Оба были слишком велики.
Он схватил поводья лошадей и попытался успокоить их. Обе были на грани того, чтобы взреветь и опрокинуть все судно. Но поскольку под ними кружило столько акул, море стало еще более бурным, чем прежде, и плот яростно раскачивался на волнах.
— Черт, Талемир… — Дрю заметно сглотнула страх. — Сейчас самое время улететь. Я бы не стала тебя винить…
Талемир подошел к ней и сжал ее руки в своих.