— Нет. Думаю, это можно сделать с уже существующими клинками.
— Интересно.
— Так и было бы, если бы здесь было еще одно поле солнечных орхидей. — Дрю потянула его за рукав и повела вниз, на один из верхних уровней шахты. — Пойдем.
Вместе они исследовали кратер и слои железной руды внутри него. Дрю показала ему, что здесь не было никаких следов постороннего вмешательства, что каменоломня долгое время оставалась нетронутой.
Прошел час, и Дрю повернулась к Талемиру, который с гримасой потирал затылок.
— Что такое? — спросила она.
Талемир вздохнул, покачав головой при виде шахты.
— Ну, ты показала мне, что наши проблемы не связаны с источником стали. Мы полагали, что кто-то отравляет ее, саботирует материнский источник, так что все наши клинки страдают. Но теперь я знаю, что это не так… Это означает только одно: рейфы просто становятся сильнее… Изменились не наши клинки, а монстры. — Он ущипнул себя за переносицу. — Наши поиски стали одним и тем же. Мне нужно узнать, что происходит с рейфами и как мы можем их победить. От этого зависит судьба Тезмарра и Срединного царства.
— Значит, мы продолжаем путь, — ответила Дрю. — Я обещала Адриенне найти Гуса и остальных наших людей. Я собираюсь сдержать это обещание.
Талемир кивнул, выглядя потрясенным.
Когда они возвращались к своим лошадям, Дрю подтолкнула его.
— Могу я спросить тебя кое о чем?
Талемир недоверчиво приподнял бровь, но склонил голову в знак разрешения.
— Почему ты стал Боевым Мечом?
Воин мрачно усмехнулся.
— Чтобы сражаться с чудовищами, угрожающими среднеземью… Ирония судьбы мне не чужда, уверяю тебя.
— Но почему?
— Моя семья родом с окраин Делмира. Я был там ребенком, когда она пала. Как я уже говорил, моя мать вытащила нас, но я сам видел разрушения. Говорил себе, что сделаю все, чтобы удержать ужас на расстоянии. Мы не справились, я знаю. Когда это было важнее всего, мы не справились.
Дрю сглотнула плотный комок в горле. Она не пыталась его поправить. В прошлом она слишком горячо высказывала свои мысли по этому поводу, чтобы утешать его сейчас.
— Чем занималась твоя семья? До падения? — спросила она.
Талемир грустно улыбнулся.
— Они были фермерами.
— Фермерами?
Он кивнул.
— Тебя это удивляет? Разве ты не можешь представить меня доящим коров и пасущим овец?
— Ты этим занимался?
— Не совсем, нет. Но это была простая жизнь. Более спокойная жизнь, чем кровь, сталь и хаос.
— Ты жалеешь об этом?
Талемир встретился с ней взглядом.
— Никогда.