"Да что ты."
Она смеется. «Я не имела в виду…»
«Я знаю». Я в нескольких секундах от того, чтобы затащить ее в эту комнату вместе с собой. «Ты лучше, чем совершенство, Миа. Ты чертовски невероятна. Ты и наши дети — все для меня, ты знаешь это, да?»
«Вы тоже для меня все, сэр».
Я не могу выдержать ни секунды без нее в своих объятиях. Закрыв глаза, я тяну ее за собой в кладовку.
«Лоренцо!» — визжит она, когда ее тело врезается в мое.
«Я закрыл глаза», — говорю я ей, обнимая ее за талию и наслаждаясь теплом ее тела через рубашку.
«Я тоже», — хихикает она. «Я не хочу тебя видеть, пока не пойду к алтарю».
Я прижимаю свои губы к ее губам, и она дрожит в моих объятиях. «Нам лучше поторопиться, пока Джоуи не пришла и не застукала нас».
«Так поцелуйте меня, мистер Моретти».
«С удовольствием, миссис Моретти». Я прижимаюсь своими губами к ее губам, облизывая их до тех пор, пока она не раскрывается для меня широко, позволяя мне проникнуть языком внутрь.
Помимо дней рождения Луки и Рэйвен, это был самый невероятный день в моей жизни. Я чуть не заплакала, когда увидела Лоренцо и нашего сына, ожидающих меня в конце прохода. А потом Лоренцо повернулся и посмотрел на меня, и его лицо…
Я вытираю слезу, вспоминая количество счастья и любви в его глазах. С той ночи, как он отдал мне свой ошейник, я ни разу не сомневалась в его любви ко мне, но сегодня, увидев ее такой грубой и первобытной, у меня чуть не подогнулись колени, прежде чем я до него дошла. Этот день был для него трудным в некотором смысле. В отличие от моего, его первый брак был счастливым. Аня была любовью всей его жизни, или, по крайней мере, она была любовью всей его жизни, потому что я знаю, что я тоже. Раньше он чувствовал себя виноватым за то, что любил меня, но теперь он иногда чувствует себя виноватым за то, что все еще любит ее, и я бы хотела, чтобы он перестал винить себя. Его преданность и страсть — две из моих любимых черт в нем.
Кто-то вкладывает мне в руку бокал шампанского, и я принимаю его с улыбкой. Как только они отворачиваются, Лоренцо меняет его на свой пустой, многозначительно подмигивая мне. На восьмой неделе беременности нашим третьим ребенком алкоголь определенно под запретом, что незаметно на этом большом свадебном приеме, но позже, когда на кухне будут только близкие родственники, это будет не так-то просто скрыть. Судя по всему, интимная встреча на кухне только с братьями и сестрами, и, конечно, Максом и Кэт, является свадебной традицией семьи Моретти.
Оглядываясь вокруг, я не могу не вздохнуть при виде танцующих и смеющихся людей, Рэйвен и Лука играют со своими кузенами, пока Джоуи, Макс, Данте и Кэт присматривают за ними весь вечер. Лоренцо Моретти не танцор, но он с радостью вышел на танцпол со мной для нашей свадебной песни, и теперь я рада сидеть рядом с ним, пока он обнимает меня за плечо. Пока он рядом со мной, я счастлива и спокойна. Трудно поверить, что такой опасный и жестокий человек заставляет меня чувствовать себя в большей безопасности и желанной, чем когда-либо в моей жизни.
«Ты хорошо себя чувствуешь, солнышко?» — спрашивает он, прищурившись и изучая мое лицо.
«Лучше не бывает», — уверяю я его.
«Хорошо, потому что у меня есть для тебя сюрприз». Он берет меня за руку и поднимает со стула, и музыка резко останавливается. Лоренцо ухмыляется мне, но я слишком сбита с толку, чтобы улыбнуться в ответ. Затем вступительные такты «Bright Side of the Road» играю, и клянусь, мое сердце замирает.
Лоренцо машет рукой в сторону танцпола. «Вы потанцуете со мной, миссис Моретти?»
«Это… это…»
«Наша песня». Он ведет меня к своим братьям и сестрам, нашим детям, нашим племянникам и племянницам на танцполе и обнимает меня за талию. Я хихикаю, когда он наклоняет меня, а когда он снова поднимает меня, и мы начинаем танцевать, мечтательный вздох срывается с моих губ.
«Ты ненавидишь танцы», — напоминаю я ему.
«Но я сделаю для тебя все, солнышко». Он нежно целует меня в губы.
«Папочка!» — требует Рэйвен, дергая его за штанину брюк.
Он закатывает глаза и подхватывает ее, держа одну руку вокруг моей талии, пока он трется своей бородой о ее щеку, заставляя ее хихикать. Лука подбирается ко мне, сжимая свою маленькую руку в моей и покачивая бедрами в такт музыке.
«Он определенно уловил твой ритм», — говорит Лоренцо.
«У тебя тоже неплохой ритм», — отвечаю я с озорной ухмылкой.
Его глаза темнеют, а затем он подмигивает мне. Мы танцуем под нашу песню, окруженные Данте и Кэт с их детьми, Джоуи и Максом со своими, и Тони тоже присоединяется к нам. Когда вступает припев, мы все подпеваем, даже Лоренцо. Я кладу свободную руку на живот, радуясь тому, что наша семья становится больше. Это, должно быть, сказка, да? Никто никогда не может быть таким счастливым.
Лоренцо прижимается губами к моему уху. «Я люблю тебя, солнышко».