— Боец до самого конца, я вижу.
— Чертовски верно, — задыхаюсь я.
Он ударяет меня о стену, сотрясая мой мозг.
— Сдавайся, — советует он, сжимая сильнее.
Мои руки слабеют, и в конце концов падают по бокам из-за недостатка кислорода. Чернота танцует на краю моего зрения.
— Правильно, птичка. Сдавайся. Ты никогда не сможешь победить меня, но когда ты пытаешься, это очень забавно.
Воздух наполняет мои изголодавшиеся легкие, когда он освобождает мое горло.
— Я хочу тебя голой, сейчас же.
Арт расстегивает ремень, когда я не повинуюсь.
— Хочешь попробовать?
Я не готова узнать, действительно ли он отшлепает меня, поэтому вместо того, чтобы бросить ему вызов, как того требуют мои инстинкты, снимаю платье. Я дрожу под его пристальным взглядом. Эрекция Арта видна сквозь брюки. Затем я расстегиваю лифчик и спускаю бретельки вниз по рукам, чтобы они упали на пол. Он протягивает руку и скользит по моей коже легкими прикосновениями, прежде чем опуститься на колени.
— Я сниму это. — Он срывает с меня стринги. — Черт, да они промокли. Тебя возбуждает борьба со мной?
Да, но я отказываюсь признать его правоту.
— Нет.
Арт сильно шлепает меня по заднице.
— Не ври мне.
Встав, он подносит ткань к носу и глубоко вдыхает.
— Я скучал по этому запаху, — стонет он. — Ты побрилась для меня? — Он скользит пальцами по моему голому лобку.
— Нет, сделала это для Адриана, — усмехаюсь я.
Еще одна ложь, но мне нужна хотя бы одна маленькая победа в нашей игре в кошки-мышки. Тело Арта начинает слегка дрожать, а черты его лица превращаются в гранит. В глубине его ярко-зеленых глаз затаилась ярость. Он поглаживает тыльной стороной ладони мое лицо.
— Люди исчезают каждый день без следа, и их больше никогда не находят, птичка.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику от зловещей угрозы.
— Несчастные случаи тоже случаются каждый день. Будет очень жаль, если что-то случится с этим милым личиком. Кому ты тогда будешь интересна?
— Ты меня не запугаешь, — говорю я с ложной бравадой.
— Если бы это было правдой, ты бы не дрожала. — Ухмыляется он.
Опасная аура, которая окружала Арта в старших классах, увеличилась в десять раз. Он не тот человек, которому стоит перечить.
— Надень обувь. Я скоро вернусь.
Я с презрением смотрю на эти чудовища, пока иду к тому месту, где они лежат на полу. Подхватываю туфли, всерьез подумывая о том, чтобы выбросить их в чертово окно, пока не вспоминаю о ремне. Это не может быть так больно. В конце концов, я решаю надеть их на ноги. Несмотря на все мои усилия оставаться совершенно неподвижной, мои ноги шатаются.
Арт возвращается с зажженной сигарой в одной руке и бокалом, наполненным ликером янтарного цвета, в другой. Его взгляд блуждает по моему телу, пока он делает длинную затяжку сигарой, затем медленно выпускает дым из ноздрей и рта.
Он садится на диван.