Мнется:
— Да.
— Пришли, пожалуйста.
— Пойдешь с мужем разбираться?
— А как ты думаешь? — надрывно усмехаюсь я, — у меня к нему теперь много вопросов
— Ты погоди. Я тебе сейчас еще фотку документа на покупку скину, — возмущается она, — а то начнет отпираться, юлить. Мол не так все поняла, и вообще это был не я.
Начнет. Не сомневаюсь. Он, похоже, выбрал тактику отпираться до последнего, даже если поймают без проток верхом на бабе говорить, что это не он и его подставили.
— Вот лови! Там все! Не отвертится.
— Не отвертится, — соглашаюсь, а внутри душа на осколки крошится.
— Он охреневший, этот твой Кирсанов! Просто охреневший. Понимаешь?!
— Понимаю.
Последнее слово уже шепотом и через силу. Подруга затыкается, тяжело дышит в трубку, а потом произносит:
— Прости меня, пожалуйста, Тась. Не смогла я смолчать. Рвет просто.
— Спасибо, Марин. Хорошо, что ты сказала…
— Ты это… не расстраивайся сильно. Не убивайся из-за него. Если на всяких шалав семью променять готов, то и не достоин, чтобы быть рядом с тобой.
Я закрываю глаза:
— Наверное
— Если, что приходи. На ночь, на неделю. На сколько хочешь. Приходи, не стесняйся.
Она отзывчивая и всегда готова поддержать. От этого еще горче:
— Спасибо, Марин. Я позвоню.
Медленно отнимаю телефон от уха. Скольжу им по щеке и ниже. Кладу на стол.
Ну вот и все. Приехали.
Глава 17.2
Кофе я все-таки допиваю. Смотрю в окно на проезжающие мимо машины и пытаюсь найти в себе спелость заглянуть во входящие сообщения.
И страшно оттого, что не справлюсь, не выдержу. Мне уже нестерпимо больно и плохо, хотя я еще не видела того, что прислала подруга.
Кофе невкусный. Холодный. И в душе с каждым мигом становится все холоднее.
В какой-то момент я понимаю, что с меня хватит, что тянуть дальше нельзя и порывисто хвастаюсь за телефон, намереваясь сдохнуть здесь и сейчас,
Маринины сообщения идут в мессенджере верхней строкой, и я открываю их, не позволив себе передумать.
Там фотки. На первой документ, подтверждающий покупку, а дальше Кирсанов и красноволосая «коллега». Смотрит на него, чуть не облизываясь, улыбается. И стоит непростительно близко, едва ли не касаясь грудью в строгом декольте.
Красивая сука. Из той породы женщин, которым охрененно идут деловые костюмы, и в которых они умудряются выглядеть далеко не скучно, а совсем наоборот.