Девчонка… мне не понравилось, что он так меня назвал. Хватит мне и Даниэля, который обращается со мной как с ребенком. Впрочем, я себя как ребенок и веду…
– Что ей здесь понадобилось? – осведомилась Эсфирь.
Сейчас он ей поведает, что я побежала за ним, как влюбленная дурочка, – ну чего с «девчонки» взять? Мне не хотелось осрамиться перед этой величественной женщиной, излучавшей такую силу. А тем более перед Амосом.
– Я тебе потом расскажу, – пообещал Амос.
На миг я испытала облегчение.
Но тут он поцеловал эту Эсфирь в щеку.
Так они не просто товарищи!
Это мне не понравилось.
И еще больше не понравилось, что мне это не понравилось.
Поцелуй заставил Эсфирь немного смягчиться. Не то чтобы выражение ее лица существенно изменилось, но она наконец свернула допрос и сказала:
– Пойду в подвал.
– Давай, – улыбнулся Амос и поцеловал ее на этот раз в губы.
А вот это мне не понравилось ну просто категорически!
Эсфирь невольно улыбнулась. Она не могла в полной мере противиться его обаянию, даже – как мне показалось – в те минуты, когда твердо решала не поддаваться.
Она ушла, а Амос повел меня в гостиную. Там на полу лежало множество матрасов: похоже, тут вповалку спали и Амос, и Эсфирь, и Захария, и многие другие из их группы. Амос наклонился, взял почти полную бутылку яблочного сока и протянул мне. Я приникла к горлышку и стала пить большими глотками.
– Если залпом столько сока выглушить, живот заболит, – предостерег он.
– Знаешь, что я об этом думаю? – проговорила я, на миг оторвавшись от бутылки.
– Ну и пес с ним?
– Именно.
Он рассмеялся.
Как это здорово – что он смеется моей шутке…
Я выпила бутылку до дна. Какая вкуснотища! Рукой утерла рот и все-таки спросила:
– А что в подвале-то?
– Знаешь, что я тебе скажу?
– Не мое собачье дело?
– Именно.
Тут уж рассмеялась я.
Амос, явно обрадованный тем, что развеселил меня, привалился к подоконнику. Сквозь грязные окна за его спиной видно было кладбище. Из-за грязи на стекле казалось, будто над могилами витает пепел.
– Присоединяйся к нам, – вдруг сказал Амос. На полном серьезе. Он не хочет снова потерять меня из виду. Это была моя первая мысль. Но, конечно, я опять рассуждаю по-детски. Дело тут в политике. А вовсе не во мне. Но вдруг?..
– Я даже толком не знаю, кто вы такие, – с сомнением ответила я.