— Ну, не знаю, может, где-то приписку сделать? Срок указать, к примеру? — задумался Коля, — когда они приедут регистрироваться, то сразу и отдать уже все документы.
— Подождите! — нахмурилась я, — в каком смысле «они приедут регистрироваться»? То есть, вы считаете, что я не только должна бегать по всему Калинову и искать желающих вступить в ЛДПР, но ещё и оплатить им дорогу сюда и обратно? А если они на работе работают. То договориться с их работодателями, чтобы их отпустили и прогулы не ставили, да?
Судя по лицу Коли, это была хорошая идея.
— Ну, вы же можете нанять автобус…
— А платить за автобус кто будет? — скептически спросила я.
Коля не нашелся, что ответить и притих.
Женщина отстранённо молчала.
Разговор явно опять зашёл в тупик.
И тогда я сказала:
— Слушайте, а давайте сделаем так: вы меня регистрируете, «с условием», выдаете только удостоверение. У себя в журнале номер ставите карандашом. Я обязуюсь до какого-то определённого срока найти ещё четыре кандидата и все заявления мы почтой вам отправим. И доверенность, чтобы вы в журнале расписались от их имени. А вы потом тоже почтой пришлёте нам книжечки для оплаты членских взносов и удостоверения для остальных? А если я, к примеру, до определённого срока не выполню обещание, то вы потом резинкой запись потрёте и всё.
Коля восхищённо цокнул языком. Женщина немного помялась, но в результате тоже согласилась.
И вот уже через полчаса я выходила из этого неприветливого здания. В сумочке у меня лежало новенькое удостоверение члена ЛДПР. А на лацкане пиджака блестел новенький значок с жёлтой надписью: «ЛДПР» на тёмно-синем фоне.
Я шла и улыбалась.
И теперь не важно уже, чем закончится вопрос с финансированием нашей поездки в Америку от областной общины «Союза Истинных Христиан», зато у меня есть прекрасный альтернативный вариант. Вот на нём теперь и нужно сосредоточиться.
Да, там ещё даже не начато. Надо сперва найти четыре человека. Адекватных только. Объяснить, зачем им это надо. Я понимала, насколько это будет трудно. Сейчас в стране наступили тяжёлые времена. Народ выживал, в буквальном смысле этого слова. От слова «партия» у всех начинал дёргаться глаз. Люди устали от бесконечных партийных мероприятий. Дорвались до условной свободы и загнать их обратно на ближайшее десятилетие не представлялось возможности.
А ведь это только начало. Ещё нужно было как минимум имитировать бурную партийную деятельность. Отправлять с областную ячейку протоколы заседаний и какие-то решения. Предлагать инициативы. Иначе не попасть мне к Жириновскому. Там, в ЛДПР, таких желающих хоть пруд пруди.
Я посмотрела на часы — время поджимало, и я заторопилась.
Нужный адрес нашла без особого труда.
В отличие от отделения ЛДПР, областная община «Союза истинных Христиан» находилась в одном из центральных зданий, на главной улице. Куда легко было добираться.
Я расписалась в журнале посещений у вахтёра-охранника и поднялась на четвёртый этаж.
Здесь даже был лифт. А на полу — бордовый ковёр. Почти новый.
Я прошла по длинному коридору промеж высоких кадок с фикусами и китайскими розами и остановилась у двери с номером «сто сорок восемь».
До начала заседания оставалось еще минут пять. Поэтому я постучала и заглянула в кабинет (это был то ли большой-большой кабинет, то ли маленький зал для заседаний).
— Любовь Васильевна! — сразу увидел меня поверх голов многочисленных присутствующих Всеволод и махнул рукой, — проходи быстрее. Скоро начинаем.
Я юркнула на место, которое придержал для меня старейшина, и устроилась за столом.
— Аргументы подготовила? — строго шепнул мне Всеволод.
— Угу, — кивнула я, мучительно думая, что же говорить. Аргументов сочинять мне было некогда, я полдня провоевала с бюрократами ЛДПР. Но расстраивать Всеволода не хотелось. Да и не красиво бы это было с моей стороны — всё-таки он меня в город бесплатно свозил.
— Братья и сёстры, — начал заседание маленький сухонький мужчина с благообразным лицом, — давайте начинать, помолясь, что ли?
Остальные закивали. Шум в кабинете помалу стих.
Благообразный принялся зачитывать повестку заседания. Я мысленно порадовалась, что наш вопрос о финансировании был аж четвёртым по списку. Значит, я успею придумать хоть какие-то аргументы.