— Ой, извини. Я смеялась не над тобой. Скорее над собой. Немного не ожидала, что для тебя всё так просто, видишь?
Она вздохнула — весьма привлекательное зрелище сейчас, когда она не была залита кровью с головы до пят — и вновь обратилась к Оррику:
— Скажи, а когда ты решил защитить меня от Тремекина, ты точно-точно думал лишь о том, как поступить справедливо?
— Это ты меня спрашиваешь как оборотень или как женщина?
— Так нечестно! Ты же сам не любишь, когда отвечают вопросом на вопрос!
На этот раз прыснули со смеху оба.
Живые, мёртвые и серебро, часть 1
В тот день Оррик ехал до полной темноты и даже чуть дольше, благо ровная дорога позволяла, надеясь добраться до заставы с постоялым двором на перевале. Поэтому Тоиспо, город серебра, он впервые увидел под почти полной блуждающей луной. И зрелище, надо сказать, было сколь же прекрасным, столь и зловещим. Призрачная дымка, то серебристо-седая, то отливающая жемчугом в лунных лучах, нависла над зданиями и стенами молодого города. Оррик, когда была такая возможность, заранее наводил справки о местах, ждавших его дальше на востоке, и знал — эта дымка в значительной мере состояла из ядовитых испарений, порождаемых процессом извлечения серебра из руды.
Говорили, что сюда по своей воле приходят либо богачи, могущие позволить себе виллы на склонах окружающих гор и зелья исцеления, либо бедняки, надеющиеся найти там богатство, но обычно находящие лишь безвременную смерть. Оррик дважды слышал от разных людей, что Тоиспо называли Городом Серебряной Смерти ещё задолго до того, как туда пришёл Каллакан, покорил всю окружающую страну гор и долин, изгнал акшанских завоевателей, которые превратили Тоиспо из захолустной деревушки в богатый город, и навёл свои порядки. Естественно, правление явившегося неизвестно откуда дваждырождённого тирана, к тому же самого настоящего некроманта, репутации города не улучшило.
Однако, жить здесь Оррик не собирался, а рассказчики, как бы ни ругали Каллакана, сходились на том, что горные разбойники, из числа тех, кому правитель-некромант пришёлся не по душе, были куда большей угрозой для проезжих, чем сам правитель-некромант. В конце концов, последнему было не с руки распугивать купцов. Оррик, высокий, сухощавый, усатый, загорелый, обветренный и вооружённый до зубов, не был похож на купца. Но дорогое оружие, добротная одежда и прекрасная лошадь однозначно указывали, что он не подозрительный чужеземный бродяга-головорез, которого и в ворота пускать не стоит, а человек состоятельный и уважаемый, к тому же, вероятно, дваждырождённый, раз уж не боится путешествовать в одиночку. В общем, человек, который имеет полное право ехать куда хочет, покуда не нарушает законов у всех на виду. Хотел же Оррик проехать через Тоиспо, чтобы потом, по единственному достоверно проезжему перевалу пересечь очередной меридиональный горный хребет, в предгорьях которого стоял город, и продолжить свой путь на восток, к Сапфирному морю. Если его картина местной географии соответствовала действительности, альтернативой пути через Тоиспо был крюк даже не на сотни, а на тысячи вёрст, с пересечением на севере губительных морей, а на юге стран, о которых рассказывали ещё более страшные вещи. Пока что его решение Оррика пересечь владения некроманта оправдывалось — на первый взгляд, что сама страна, что пропустившие его через пограничную крепость солдаты Каллакана, были самой обычной страной и солдатами. Ну, разве что пошлина за проезд по недавно достроенной западной дороге, идущей вдоль судоходной реки, была высоковата, зато взимали её честно, безо всяких намёков на то, что для плавного движения и повозку подмазывают.
********************
В Тоиспо Оррик тоже въехал без особых помех. Но сам город ему не понравился. Часть встреченных им жителей была разодета в дорогие заморские ткани и увешана таким количеством серебряных украшений, что даже Оррик, который, будь у него время и возможность, разоделся бы как павлин, счёл их костюмы довольно безвкусными. Большинство были не то чтобы оборваны и явно измождены, но выглядели какими-то уставшими и слишком резво уступали дорогу всем, кто выглядел богаче их. А нищих на улицах и вовсе не наблюдалось. Оррик сильно сомневался, что причиной тому было богатство Тоиспо.
Впрочем, за время своих странствий он повидал и куда более мерзкие места. Не раз обстоятельства складывались так, что он помогал сделать их менее мерзкими, но вообще Оррик старался не забывать, что попытки исправлять все встреченные по дороге несправедливости мира даже для дваждырождённого, по крайней мере его ступени и круга, неминуемо закончатся разлучением тела с головой. А в случае этого места — ещё и, пожалуй, анимацией в виде послушного раба некроманта. Хорошо если тот перед этим озаботится приставить голову обратно.
Так что, проведя ночь в гостинице — довольно приличной — Оррик предполагал рано поутру оседлать лошадь и выехать из Тоиспо через восточные ворота. Но он предполагал, а судьба, боги и Каллакан располагали, как Оррик и убедился, когда уже заканчивал у себя в комнате принесенный хозяином завтрак.
Когда его чуткий слух уловил шаги нескольких пар тяжёлых, подкованных сапог по лестнице, Оррик среагировал моментально, быстро и почти бесшумно, ничего в помещении не зацепив и не опрокинув, метнувшись к окну. Гостиница, насколько он успел заметить с вечера, была в основном пуста. Может небольшой отряд торопился и не за ним… но лучше было перестраховаться. Окно открывалось легко — но из него Оррик тут же увидел, как на внутренний двор гостиницы заходят с десяток солдат Каллакана — мертвецы, если судить по тускло-красным плащам. Конечно, Оррику не составило бы большого труда перескочить из окна на крышу соседнего здания и уйти поверху… но драгоценную лошадь и основную часть полезных в пути вещей придётся бросить.
Поэтому он решил подождать, посмотреть, за ним ли пришли, а если за ним, то что им от него надо. Но стоять остался так, чтобы сигануть в окно можно было одним прыжком.
По косяку постучал тяжёлый кулак.
— Входите, не заперто, — отозвался Оррик.
За распахнувшейся дверью оказался человек не особо выделявшийся ростом или статью, но одетый в дорогой воронёный доспех. Чтобы понять, что стоявшие позади него здоровяки в доспехах подешевле были мертвы не требовалось замечать красные плащи или удивляться, почему у одного из них на шее след, как если бы от петли. Выдавало даже не то, что они не моргали и не потели, а то, что они не следили за собой. Живой давно бы избавился от попавшей в волосы соломинки, или там смахнул бы многодневную пыль с лица. А мертвым было всё равно.
— Вы чужеземец, которого зовут Орриком, путешественником из Яннарии? — поинтересовался живой командир. Получив утвердительный кивок, он церемонно продолжил. — Великий владыка Каллакан, господин Тоиспо по праву завоевания, равный небесам хозяин жизни и смерти, желает видеть вас.
********************
Всё же, Оррику очень, очень не хотелось бежать из города на своих двоих. Между границами страны Каллакана и страшным Сапфирным морем лежали одни горы. Прокладывать путь на восток пешком, или на добытой тем или иным способом крестьянской кляче, могло быть сильно рискованнее, чем узнать, что от него нужно господину некроманту.
Но проходя мимо выгоревших развалин храма Небесных Богов на центральной площади Тоиспо, Оррик усомнился в своём решении. Не то чтобы он отличался горячим благочестием, но…
Командир как видно заметил его взгляд:
— Повелитель Каллакан, по своей милости, изгнал из города чужеземных богов, принесённых сюда акшанцами, и восстановил истинных богов гор и долин в их правах.
Оррик ещё раз покосился на скелеты в железных клетках, свисавших с закопченных стен и столбов, вбитых вокруг развалин. Кости были неподвижны, но прутья местами казались промятыми изнутри. Да уж, вряд ли Каллакан сделал это из уважения к правам местных божков. Просто те наверняка были готовы говорить людям всё, что он прикажет, тогда как Восемь Небесных Богов почитали некромантию греховнейшей мерзостью. Оррик слышал об учинённой Каллаканом расправе над священниками Восьми задолго до того, как увидел Тоиспо, но тогда люди, от которых он о ней слышал, произвели впечатление пересказывающих страшные байки с добавлением собственных фантазий. Похоже, что природный скептицизм на этот раз подвёл его… Нет, Оррик решил не врать себе — его подвёл не скептицизм, а желание избежать лишних трудностей, которое побудило не верить в рассказы вполне правдоподобные, находя причины сомневаться в рассказчиках.
Оррик призадумался, не стоит ли сбить с ног самого неуклюжего из идущих по сторонам от него мертвецов и всё же поставить жизнь на собственную резвость, вместо милости безбожного некроманта. Но тут прямо из той улицы, которую он наметил было как цель для броска, показался ещё один небольшой вооружённый отряд, двигавшийся к форту, как и Оррик с кортежем. На этот раз живые, с арбалетами и аркебузами, в робах, с вышитым на них знаком, напоминавшим скрюченную, костлявую руку. Такой знак носили ученики некроманта. Оррик с трудом сохранил маску спокойствия на лице — но раз уж не хватило предусмотрительности заранее, а потом решительности сразу, кого винить за недостаток удачи потом?
********************
Форт Тоиспо, где обосновался некромант, был построен акшанцами, когда они уже прочно обосновались в этих краях и потому сочетал надёжность в качестве крепости с некоторым архитектурным изяществом и вниманием к удобству своих обитателей. Каллакана, похоже, волновало только его собственное удобство. Во внешних помещениях форта изящные барельефы так и оставались местами разбитыми со времени штурма, на каменных стенах были заметны выбоины от пуль и въевшиеся следы заклинаний, которые никто не озаботился хотя бы задрапировать ковром. А вот палата, где Оррика ждал сам Каллакан, была тщательно убрана и роскошно обставлена. Даже у стоящих по углам мертвецов одежда, доспехи и лица были в идеальном порядке.
— Приветствую повелителя Тоиспо, — кланяться, как это сделал капитан, когда от дверей представил Оррика своему хозяину, прежде чем остаться за закрытыми дверьми, Оррик был не намерен, но вежливость была другим делом. — Чему я, Оррик, скромный путешественник, обязан вашим приглашением?