— Я хотел бы получить ответы на некоторые вопросы, пожалуйста? — взмолился я.
Она вытерла слезы.
— Ладно, спрашивай.
— Король…
— Блейк, — раздался голос отца с порога, и я должен был признать, что меня охватило облегчение. Я знал, что в последний раз, когда я просыпался, он был жив, но после того, как я потерял сознание, могло случиться все, что угодно.
Я моргнул и перевел взгляд на отца.
Следом за ним вошел тощий мужчина. Он шел, опираясь на трость. Мне потребовалось несколько минут, чтобы сообразить, что это был король Альберт. Он все еще был жив?
— Мой король. — Я склонил перед ним голову, и он подошел ближе к кровати.
Мой отец хотел помочь ему.
— Не надо. Я могу это сделать. — Судя по голосу, он был расстроен из-за моего отца, и папа отступил, сжав челюсти, когда уставился на короля.
Отец Елены стоял перед моей кроватью. Огонь покрыл ожогами одну сторону его лица. Взрыв, о котором говорил Гельмут, промелькнул в моей памяти.
Его пристальный взгляд встретился с моим. Убийственные зеленые глаза уставились на меня.
— Зачем ты пришел? — Он выплевывал слова.
— Простите?
— Я заставил Елену пообещать не освобождать Итан. Почему, почему она должна была ослушаться меня? — закричал он, и слезы наполнили его глаза.
Он злился на меня.
Я усмехнулся.
— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, да?
— Блейк, твой язык.
— Нет, отец. Он должен это услышать. Почему? Хочешь знать, почему? Потому что это было не только обещание Елены, мой король. Это также было моими обещанием, и вы оба отняли это у меня. Я сделал выбор освободить Итана, поскольку это моя судьба.
— Ты самонадеянный маленький…
— Прекрати. Я — гребаный Рубикон! Ты, возможно, забыл, каким был предыдущий, но я — нет. Не в моих силах сделать шаг назад, не твоим драконам позволять тебе гнить в этой адской дыре, и не людям, твоему народу, позволять тебе умереть здесь.
— Я стал гребаным Саадедином, Блейк. Из-за меня убили Елену, — прорычал он.
— Она не мертва! — От его упрямства у меня на шее запульсировала вена.
— Она не просыпается, — проревел он.
— Ты не знаешь ее так, как я. Она пережила гораздо худшее. Может быть, мой отец тебе этого не говорил, но она пустилась в бега с той самой минуты, как ты доверил ее Тане. Ей следовало расти в Пейе, а не с драконом королевы. Ты поставил ее в крайне невыгодное положение, думая, что Таня будет растить ее.
— Блейк! — приказала моя тетя.
— Нет, ему нужно…
— Она рассказала мне об этом, когда взошла, — сказал король Альберт. — Она обещала не освобождать меня, Блейк, а теперь… — Слезы потекли по его щекам.
— Это несправедливо, мой король. Ты прожил в Итане всю ее жизнь. Вы с королевой должны были растить ее. Несправедливо по отношению к ней знать своих родителей по книгам и тому, что ей рассказывают другие люди. Она заслуживает встречи с тобой. Вот почему мы оба нарушили обещание и просто пришли, и спасли тебя, чтобы у нее был шанс узнать мужчину, который стал ее отцом.