Она крепко прижималась ко мне, и стук ее сердца отдавался у меня в ушах. Это вывело меня из себя. Мое дыхание было поверхностным, едва слышным, чего, как я думал, никогда не будет возможно.
Кудахтанье приблизилось, и похожее на чихание дыхание задержалось прямо у нашего укрытия. Елена спрятала голову у меня на груди, глядя в другую сторону.
Я крепко держал ее и прикрывал своим щитом.
Кудахтанье было совсем рядом с нами, потом оно исчезло.
Ублюдок не двигался, всегда оставаясь поблизости, и любое резкое движение заставило бы Саадедина отползти назад.
Казалось, прошла вечность, прежде чем он двинулся дальше. Я опустил щит, так как был слишком слаб, чтобы поддерживать его дальше.
Как, черт возьми, мы собирались его победить?
Камни упали на то место, где мы были раньше.
Я двинулся первым, медленно, и попытался разглядеть, где находится Саадедин. Если бы мы могли выбраться из трещины, вернуться в безопасное место.
Упало еще больше валунов. Это прозвучало с того места, где я потерял сознание.
Наконец он двинулся в противоположном направлении, и я крепко схватил Елену за руку. Мы должны были выбраться из этого укрытия, дальше, в одно из других мест, о существовании которых я знал.
Я повернул налево, на достаточно широкий выступ, и увидел вход в дыру в стене.
Это было что-то вроде пещеры.
Мы повернули направо на выступе и снова двинулись к пещере.
Здесь было так много валунов. Падение было не таким уж большим, но в нашем состоянии это будет больнее, чем обычно.
Я вошел в пещеру и зашел так глубоко, как только смог.
Я толкнул Елену вниз, чтобы она немного посидела. Чтобы восстановить наши силы.
Я обхватил пальцами еще одну неоновую палочку и сильно встряхнул ее, прежде чем сломать.
Она осветила пещеру, чтобы Елена могла видеть.
Я подполз к ней.
— Дай мне посмотреть на твою ногу. — Она завязала свой пояс выше раны. Я осторожно прикоснулся к ней, затем оторвал часть ее штанов, прикрывавшую рану. Она вздрогнула. — Я могу сделать рану лучше, но не знаю, смогу ли полностью ее исцелить.
— Просто подожди. Сделай пару вдохов, пожалуйста. Посиди со мной, — попросила Елена, и я подчинился.
Я спиной врезался в стену и шумно выдохнул.
Я раскрыл объятия и снова притянул ее к себе.
— Это было то, о чем я подумала?
— Да, твой отец был прав. Нам не следовало приходить.
— Что ж, теперь уже слишком поздно. Мы должны убираться отсюда.
— Обязательно, — сказал я и нежно поцеловал ее в губы. — Обещаю, мы выберемся отсюда.
Она устало улыбнулась и посмотрела на меня.
— Что?