Женя помедлила и кивнула.
— Щелочь, — сказала она.
— Молодец, кто-то не прогуливал химию, — кивнул Кожеед. — Как ты считаешь, Аня красивая девушка?
Аня дернулась на кровати, чуя беду.
— Отвечай, это же простой вопрос, — Кожеед ждал.
— Да, очень, — кивнула Женя.
По ее щеке скатилась слеза. Маньяк засмеялся:
— Почему ты плачешь? Сегодня тот день, когда можно все. Вон, взгляни на Свечникова. Я ваш персональный Дед Мороз. Твори любую херню, а потом все спишешь на маньяка. Так, продолжим…
Кожеед, отдуваясь и фыркая, подтащил тяжеленный аккумулятор ближе к кровати. Затем достал два толстых провода — черный и красный. На концах у них были металлические «крокодилы». Кожеед подсоединил черный провод к «минусу» аккумулятора, красный к «плюсу». Взяв в руки зажимы, Кожеед пощелкал ими перед лицом у Ани. Треснуло, полетели голубые искры. Аня зажмурилась.
— Как ты считаешь, какие женщины нравятся твоему парню? — продолжал Кожеед. Он повернул голову ко второй жертве: — Женя, я к тебе обращаюсь!
— Я… я не знаю.
— А кто будет знать? Так! — Он резко обернулся. — Свечников, тебе, я смотрю, неинтересно⁈ Тут у людей драма, между прочим, — он повысил голос. — Побольше сочувствия, мать вашу! Это ко всем относится!
Полицейский отошел в дальний угол: он старался не смотреть на происходящее. Кожеед понизил голос, заговорил низко и угрожающе:
— Подойди поближе, иначе все пропустишь. Свечников, я сказал, подой…
— Хватит болтать! — зло и спокойно оборвала его Женя. Глаза девушки блестели.
Кожеед удивленно посмотрел на нее.
— Ого, кажется, кто-то перестал дрожать. Молодец, уважаю.
Кожеед подключил клеммы к аккумулятору.
— И правда, к делу. Поставим вопрос ребром. Задание: Женя, если ты прощаешь Аню, то засунь палец в кислоту… тьфу, в щелочь! Если нет… Тебе достаточно подождать, и она будет наказана. Готовы? Я считаю до пяти.
Кожеед легонько стукнул прищепкой по краю кровати, там, где скопилась лужица воды. И разряд тут же пробежал по кровати — голубой искрой. Тело Ани выгнулось, и она вскрикнула.
— Мы же еще не начали! — закричал Кеша. — Нечестно!
— Просто проверка! Поехали. Начинаю отсчет. Один, два… Повторюсь: ты можешь меня остановить, просто засунув палец в склянку…
Женя не шевелилась.
— Три.
Женя взяла в руки банку и открыла ее. Сморщила нос от запаха щелочи.
— Четыре, — Кожеед заулыбался. — Пять!
Женя поставила банку на пол и скрестила руки на груди. Мол, я умываю руки.
— Вот как? — Кожеед вскинул брови. — Понимаю. Прости, Аня.
Аня побелела как полотно.
Он защелкнул клемму. Разряд пробежал через Анино тело, в комнате сразу запахло озоном и жареным мясом. Аня задергалась и закричала. Нога, привязанная на кронштейне, неестественно выгибалась.