Если я провалюсь в какую-нибудь расселину, то меня могут вообще не найти. Наступит зима, мое тело занесет снегом. Никто не знает, куда я отправилась, мама так и останется в неведении, что со мной стряслось. Решит, наверное, что я предприняла в одиночку кругосветное путешествие.
Внезапно перед ее глазами появляется розовый паук с толстыми розовыми лапами. Его появление сопровождает крик:
– Цепляйтесь!
Она без колебаний хватает неведомое существо, оказывающееся человеческой пятерней.
Ее центр тяжести наконец перемещается, ее выдергивают из бездны, и она встает обеими ногами на тропу.
Подняв голову, она видит перед собой человеческую фигуру с горящим на голове фонарем.
Дальнейшее похоже на сон. Фигура берет ее за руку и ведет за собой, стараясь, чтобы она не поскользнулась опять. Так, вместе, рука в руке, они движутся по опасному склону вопреки дождю, темноте и ветру. Против них ополчились все силы природы, но человеческое упорство все равно сильнее.
Вот и прибежище для туристов. Издали оно похоже на сложенную частью из камней, частью из бревен хижину, вроде овчарни.
Дверь не заперта и хлопает на ветру. Моника и ее спаситель перешагивают через порог и торопятся плотно закрыть дверь.
Моника облегченно переводит дух: в хижине сухо и тепло, отсюда нестрашно слушать, как воет ветер и барабанит по крыше дождь.
Спасший Монику человек щелкает выключателем, в хижине становится светло. Здесь все просто, но вполне симпатично: потолок подперт бревнами, в углу печка, есть стол и лавки вокруг него. Человек снимает шапку, и она видит загорелое лицо, длинные волосы, бороду.
– Вы в порядке, не поранились? – спрашивает он.
Моника стягивает насквозь промокшую верхнюю одежду. Он достает из рюкзака маленькую плитку и консервы и принимается готовить еду.
– Вам надо подкрепиться, после такой передряги вы, должно быть, страшно голодны.
– Я вся окоченела… – бормочет она, лязгая зубами.
Он достает из рюкзака и протягивает ей фляжку с коньяком.
– Универсальная микстура от холода!
Она жадно пьет и чувствует, как по телу растекается тепло. От блаженства она закрывает глаза.
– Спасибо.
Он тоже пьет из горлышка маленькими глотками.
– Как вас зовут?
– Моника, «одна» по-гречески.
Мужчина добродушно ее разглядывает.
– Что ж, в этот раз вам повезло, вы оказались не совсем одна! Я Корентен. – Он протягивает ей руку.
Немного поколебавшись, она пожимает ему руку, улыбается, с любопытством его рассматривает. Он смотрит в ее серебристо-серые глаза.
– На кельтском языке мое имя означает нечто вроде «сильного ветра». Созвучно сегодняшней погоде! Признаться, я еле вас вытащил, никак не мог удержать вашу мокрую ладонь.
– Хотите сказать, что я перед вами в долгу?
Он ошарашен ее резкостью.
– Нет, даже в голову не пришло. А что?
– Timeo Danaos et dona ferentes. Знаете, что это значит?