Солнце припекало лицо, когда я сидела в парке и смотрела, как Чарли играет на детской площадке. Он смеялся, гоняясь за другим мальчиком по игровой площадке, и я не смогла удержать от улыбки. Его мир все еще был таким простым, что он никак по-настоящему не осознавал, насколько все плохо.
Меня беспокоила внутренняя сторона щеки. За последние несколько недель прыщ сильно воспалился. Мне нужна была работа. Мама хотела, чтобы я подождала, пока мне исполнится шестнадцать. Но у нас не было в запасе еще двух лет. Она работала не покладая рук. Я боялась, что, если она снова совершит двойную ошибку, то может оказаться в больнице.
Краем глаза я заметила какое-то движение, когда повернулась, у меня перехватило дыхание.
Парень был красив. Я знала, что парням не нравится, когда их так называют, но другого слова для него просто не подберешь. Светло-русые волосы, широкие плечи и его глаза. Они были такого голубого цвета, что пронизывали насквозь.
Он неуверенно улыбнулся мне.
— Привет.
Я чуть язык не проглотила, борясь с желанием оглянуться и посмотреть, не разговаривает ли он с кем-нибудь еще.
— Привет, — пискнула я.
— Присматриваешь за братом?
Я кивнула:
— Да.
Я не могла придумать ничего лучше, чем это?
— А как насчет тебя? — Это действительно было лучше?
Он посмотрел на другой конец парка.
— Жду друга.
Я кивнула.
— Ты присматриваешь за ним каждый день?
— Почти всегда. Мама много работает.
Он, казалось, обдумывал это, осматривая наше окружение.
— Должно быть, это тяжело — не иметь возможности пообщаться с друзьями после школы или поработать над домашним заданием.
— Это не так уж и плохо. — Иногда моя подруга Лейни ходила с нами. Или мы все возвращались домой, и мы с Лейни занимались, пока Чарли смотрел мультики. Мне становилось плохо только тогда, когда я видела, какой уставшей была мама.
— Что?
Я снова посмотрела на мальчика
— Хм?
Он указал на точку у меня между бровями.
— Морщинки от беспокойства. Ты о чем-то задумалась.
— О маме. — Что-то в этом мальчике заставило меня быть абсолютно честной, будто он ввел меня в какой-то транс.
— А что насчет нее?
Я подавила желание снова прикоснуться к пятнышку на щеке.
— Она слишком много работает. Мы… испытываем трудности.