— Черт, Щеночек, — выругался Кай. — Это всего лишь я. С тобой все в порядке. Ты в безопасности.
Но это было не так. Я сопротивлялась изо всех сил. Извивалась и дергалась. Вырывалась. Я даже не понимала, с чем борюсь, просто понимала, что должна освободиться.
Вокруг меня раздались голоса.
— Тащи ее в озеро, — крикнул Феникс.
— Не уверен, что это такая уж хорошая идея, — сказал Атлас.
— Это может стать серьезным потрясением для ее организма, — парировал Феникс.
Мгновение спустя я уже летела по воздуху. Но руки, обхватившие меня за талию, не отпускали. Мы с Каем упали в море холода, и он утянул меня под воду.
В тот момент, когда вода коснулась моей кожи, я перестала сопротивляться. Я зажмурилась от кружащихся синих и зеленых водоворотов вокруг меня. Это было уютное одеяло. Невесомость и небытие. Бальзам для моей измученной души.
Я позволила себе опуститься на дно. Отпустив все на самотек. Я больше не хотела бороться. Я просто хотела покоя, который обещала мне вода.
Руки крепче обхватили меня за талию. На этот раз я не сопротивлялась.
Кай подтолкнул нас к небу, к солнцу. Вырвавшись на поверхность, воздух обжег мое лицо. Какая-то часть меня знала, что я должна дышать. Вдохнуть этот кислород и позволить ему наполнить мои легкие.
С первым вдохом на глаза навернулись слезы. Из-за лжи. Из-за жизни, которую у меня украли. Из-за родителей, о которых я ничего не помнила. Я рыдала, когда Кай прижал меня к себе.
— Щеночек, — хрипло прошептал он.
Я прижалась к нему всем, что у меня было. Этот человек, который никогда не лгал. Этот человек был частью моей единственной семьи, которая у меня осталась.
Кай поднял меня на руки и вышел из воды.
Мое тело дрожало не только от слез, но и от холода.
— Нам нужно отвести ее в общежитие, — процедил Атлас сквозь стиснутые зубы.
— А куда, по-твоему, я иду? — огрызнулся в ответ Кай.
Феникс издал низкий рык.
— Я прибью Ривена.
— Тебе придется опередить меня, — сказал Кай.
Мир вокруг меня то исчезал, то приближался. Я чувствовала холод. Голоса кружились в вихре.
Затем хлынул горячий душ, заставивший меня закричать от боли.
— Я держу тебя, — промурлыкал Кай, держа меня под струей воды.
— Черт, — выругался Феникс. — Кажется, убийца задел плечо огнем.
— Ей нужен контакт, чтобы мы могли ее вылечить, — раздался низкий голос Атласа.
Все болело, но нежные руки расстегивали одежду, вытирая меня с величайшей осторожностью. Я смутно осознавала, что меня обернули полотенцами и отнесли на кровать.
— Это может быть больно, — тихо сказал Кай.
Мне было все равно, когда мои раны обрабатывали каким-то антисептиком. Что это было по сравнению с той болью, которую я уже испытала сегодня? Пока нежные руки обрабатывали каждую рану, а тела обнимали меня, я позволила сну окутать себя и снова приветствовала это небытие.
— 27-