— Ах! ААА! — стонет она, пальчиками стягивает мои волосы, — я почти… почти…
— Ммм, — играю с её алым набухшим клитором.
Пальцами раскрываю киску, слизываю обильно выделяющийся сок. Вхожу языком в девственное лоно. Пальцем ласкаю клитор.
— ААА! МММ! — Янка впивается ноготками в мою голову, вскрикивает и оседает.
Встаю, подхватываю девушку на руки. Ставлю, вытираю большим махровым полотенцем.
— Мне так хорошо, — облизывается, призывно глядит, — хочу больше…
— Сейчас будет больше, маленькая, — подхватываю девочку под попку, несу к кровати.
Кладу на постель, подминаю под себя. Блядь… резинка осталась в джинсах. Да чтоб тебя! Но если сейчас остановлюсь, Янка снова закроется и перепугается. Именно сейчас она в той кондиции, в которой должна быть.
Терзаю её сладкие губы. И принимаю решение.
Девушка обхватывает меня ножками, трётся своей мокрой девочкой о мой член. Стонет, извивается. Не могу ждать! Сука, я хочу эту киску! Покрываю поцелуями личико своей звёздочки. Отвлекаю её от того, что собираюсь сделать.
Подвожу член к текущей дырочке. Блядь… словами не описать тот уровень эйфории, который испытываю. Головка проскальзывает легко. А вот дальше меня сковывают тугие девственные мышцы.
Но, мать твою, как же внутри Янки горячо! Знаю, что делать… чувствую это на инстинктивном уровне.
Резкий и глубокий толчок. Киска сжимает меня так сильно, что приходится зубы сцепить.
— АХ! АААЙ! — вскрикивает Яна, распахивает синие глаза.
— Всё, маленькая… — шепчу, не выпуская Янку из плена своих рук, — теперь ты моя…
Глава 37
Яна
Смотрю в тёмные глаза Абрамова. Он сейчас совсем другой. В его взгляде одержимый блеск. Сжимаюсь от страха, понимая, что боль не уходит. Стискиваю зубы.
Моё тело словно парализует. Пытаюсь съежиться, но огромный член внутри доставляет боль…
— Расслабься, — шепчет, — так больнее.
— Я не могу… — всхлипываю, понимая, что мой мужчина разрывает меня на части, — больно…
— Можешь, — нежно меня целует, — расслабишь мышцы, всё пройдет.
— Обещаешь? — пищу.
— Да.
От его «да» моё тело тут же становится мягким, как облачко. Не понимаю… почему? Бархатный голос любимого мужчины окутывает сладкой дымкой, оседает на коже расслабляющим удовольствием. Я его… а он мой…
— Влад… АХ! — вскрикиваю, когда он протискивается глубже.
— Ты очень узенькая, — шепчет, — прости, но мне пиздец как в тебе хорошо… и я не остановлюсь, маленькая… даже не проси меня.
— Ммм, — тяжело дышу, расслабляюсь сильнее.
Абрамов выходит, освобождает садняшее лоно. Затем снова входит. Вся сжимаюсь, жду боли. Но её нет. Вместо неё внутри становится сладко.
— Ну что? — улыбается мужчина, жадно рассматривая моё лицо, — всё?