– Как два пальца одной руки.
– Прекрасно. Дольмен, о котором ты мне говорил, Жоан, находится у дороги к маленькому мосту?
– За маленьким мостом, через два километра, не перепутай. По левую руку, мимо не пройдешь. Он великолепный, все камни стоят, ни один не завалился.
– Какого они возраста, эти дольмены?
– Очень старые.
Жоан нахмурился, чтобы легче было думать, а Адамберг тем временем сообразил, что они с Жоаном неожиданно перешли на «ты».
– Им примерно четыре тысячи лет, – снова заговорил Жоан. – Нашему три тысячи двести или около того. Так говорят.
– Значит, эти камни пропитаны временем. То, что мне надо.
– Надо для чего?
– Для чего были нужны эти дольмены? – не отвечая ему, спросил Адамберг.
– Это надгробные памятники. Иначе говоря, могилы со стоячими камнями, на которые укладывали большую плиту. Надеюсь, тебя это не смущает.
– Нисколько. Там я и полежу, наверху, на этой каменной плите, на солнышке.
– Что ты там забыл?
– Я не знаю, Жоан.
– Прояви уважение, это все-таки могила.
– Не беспокойся, бегать по плите я не собираюсь. Маттьё, я забыл сказать, – тихо проговорил он, – Одноногий – это Маэль. Никому не говори, я дал слово. Если это станет известно, его затравят.
– Маэль? Но зачем ему это?
– «Чтобы испортить людям жизнь» – так он сказал.
Адамберг тайком зашел в кафе «Аркада», купил сэндвич и бутылку сидра и направился к дольмену. По дороге внимательно наблюдал за небом. Он получил ответ Меркаде, которого не удивляли никакие вопросы комиссара: нет, белых ласточек-альбиносов не бывает, зато иногда, крайне редко, можно встретить белого дрозда. Но ласточек белого цвета точно не существует. Если Жоан ее и видел, то это могла быть молодая некрупная голубка. Впрочем, форму крыльев и особенности полета ласточки, которая режет воздух словно серпом, невозможно спутать с полетом голубки. Адамберг улыбался. Он никогда не стеснялся того, что его считают странным – хотя он не мог понять почему, – но ему нравилось встречать на своем пути какие-то еще отклонения от привычной нормы. По крайней мере, не он один витал в облаках – ласточка Жоана тоже явно была облаком. И хозяин трактира упорно витал поблизости от нее.
Вечером, наскоро поужинав в трактире, по-прежнему безлюдном, полицейские, как и накануне, разошлись по своим постам. Адамберг дошел до дома Маэля по главной улице, заглядывая в примыкающие к ней переулки. Он видел людей за столом: в этот день было бы неуместно пойти куда-то ужинать. Многие открыли окна, чтобы впустить в дом немного свежего воздуха после слишком жаркого дня. Завтра, вероятно, все траурные полотна будут убраны, и жизнь вернется в свою колею.
Адамберг с удовольствием констатировал, что Маэль, как и многие другие, оставил окно открытым. Он заканчивал ужин со своей сестрой. Комиссар видел ее только со спины: она была крепкой, как и ее брат, но гораздо меньше ростом. Они оба встали, убрали посуду со стола, потом снова сели.
– Не надо столько пить, – сказала сестра, – тебе нужно сохранять светлую голову, чтобы все мне объяснить. Все, ты слышишь, Маэль? Ведь то, о чем ты меня просишь, – это вовсе не пустяк. Повторяю: я не одобряю того, что ты сделал. Но я твоя сестра, я знаю, сколько тебе пришлось пережить, как ты страдал, и я способна понять, что ты хотел реванша, хотел испытать чувство превосходства.
– Я тебе сказал, Арвенн, мне от этого становилось легче, это придавало мне сил. Возможность смотреть свысока на этих людей, полных презрения, помогала мне держать удар. Я думал: «Если бы они только знали, эти надменные людишки!» – и гордился собой.
Адамберг просто уселся под окном, а потому не видел, как сестра накрыла ладонью руку Маэля и похлопала по ней.
– Но теперь с этим покончено, Маэль, – твердо проговорила она. – У тебя есть сила, власть, преимущество. Но ты всего этого достиг, играя в опасную игру. Ты мог уже сегодня загреметь в тюрьму.
– Ты обещаешь, что ничего не расскажешь полицейским? Ты обещаешь?
– Иначе меня бы здесь не было, Маэль. Но ты должен отдавать себе отчет в том, что с сегодняшнего вечера я становлюсь твоей сообщницей.
– Я знаю, Арвенн, и ни о чем бы тебя не попросил, если бы не риск, что они пойдут с обысками по всему Лувьеку.
– Ты в этом уверен?
– Они всегда так делают. На данный момент они остались с пустыми руками и перевернут вверх дном весь городок в поисках ножей, одежды с пятнами крови, обуви – не знаю, что еще ищут в таких случаях. И найдут мой ящик. Я не хочу его потерять, Арвенн, это все, что у меня есть, самое ценное мое достояние.
Конец ознакомительного фрагмента.