— Ракета, ты готова?
— Да — а–а.
Прижимая её к окну, я опускаюсь на колени и беру её киску в рот.
— Кончай на меня, детка. Брызгни мне на язык. Я хочу попробовать всё это.
ЛУНА
Я просыпаюсь одна в постели Зака, но слышу слабое бормотание голосов из кухни.
Всё ещё одетая в его майку, поскольку он не позволял мне снимать её всю ночь — не то чтобы я пыталась — я направляюсь на звук.
— О, она сейчас здесь, если хочешь поздороваться.
Я останавливаюсь как вкопанная при виде Зака, сидящего за своей кухонной стойкой. Он одет в спортивную форму и выглядит так, словно только что вернулся домой с утренней тренировки, так как вечером у них игра. Он разговаривает по телефону, и я не могу не узнать этот голос — мама Зака, Рейчел.
Зак улыбается и машет мне, подзывая к себе, держа камеру подальше от поля зрения.
Я яростно жестикулирую вверх — вниз по своему телу и неистово шепчу:
— Я не могу разговаривать с ней в этом!
Плечи Зака вздрагивают от веселья, когда он одними губами произносит в ответ:
— Они уже знают.
Осторожно, с таким видом, будто я только что встала с его кровати, а так оно и есть, я подхожу к нему. Честно говоря, я знаю родителей Зака ужа давно, но я не разговаривала с ними много лет. И вот теперь я здесь, в его квартире, одетая в его майку, и собираюсь воссоединиться с ними. Но, думаю, это не секрет, поскольку меня неоднократно фотографировали с ним.
В поле зрения появляется Рейчел, её улыбка и мерцающие голубые глаза оценивают меня.
— Луна, я так рада тебя видеть, — её голос мягкий и теплый.
— Привет, Рейчел, — застенчиво отвечаю я, когда Зак сажает меня к себе на колени, одной рукой обнимая за талию, другой держа телефон в вытянутой руке, чтобы мы оба были в кадре.
— Мам, это моя девушка. Ты помнишь Луну, да? — он целует меня в щеку.
— Конечно, милый! Луна, ты такая красивая. Я никогда не смогу забыть эти глаза.
Две минуты в присутствии его мамы напоминают мне обо всех причинах, по которым у моего парня такая душа. Заботливая и красивая.
— Спасибо, — бормочу я, всё ещё чертовски нервничая. — Я думаю, вы уже знали из — за всех фотографий и статей.
Она кивает головой, всё ещё улыбаясь.
— Я пыталась получить информацию от Зака месяцами, но, в итоге, я измотала его!
Она взволнована, но мне как — то не по себе. Все те месяцы, что мы были порознь, и я была погружена в свои мысли, ему приходилось отвечать на вопросы своей мамы, которая хотела знать, что происходит. Я уделила это время себе и своим потребностям, и я чувствую себя эгоисткой из — за этого.
— Ты переедешь в Сиэтл? — спрашивает она, и я чувствую, как моё сердце падает ещё сильнее.
— Мы прорабатываем варианты, — отвечает Зак. — У Луны там карьера и её мама, так что это сложно, но мы не хотим заводить отношения на расстоянии, если это возможно, — его рука сжимается вокруг моей талии. — Но я сделаю всё возможное, чтобы быть с ней. Для меня всегда есть вариант обмена или, по крайней мере, поговорить с моим агентом.
Рейчел переводит взгляд с меня на него, на её лице читаются сочувствие и понимание.
— Я знаю, вы двое сможете во всем разобраться, — сосредоточив своё внимание исключительно на мне, она снова улыбается. — Я вижу, каким счастливым ты делаешь моего сына; я знаю, что вы оба сможете во всём разобраться.
Зак расспрашивает маму о библиотеке и о своём отце, который ушел на работу, но я отвлекаюсь. То, что он только что сказал, правда. Моя мама во Флориде, но по прошествии времени я чувствую, что моя настоящая семья здесь, в Сиэтле.