С помощью Фелисити я прохожу мимо охраны в огромную раздевалку. Форма, одежда, обувь и сумки разбросаны по полу, и я морщу нос от запаха.
Мужчины.
— Где он? — спрашиваю я, поворачиваясь к ней. Она указывает налево.
— Скорее всего, в медицинский отсек, вон туда.
Я подхожу и толкаю дверь, которая ведет в стерильно белый коридор.
— Я подожду тебя снаружи, детка.
— Хорошо, спасибо, — говорю я, поворачиваясь к ней с благодарной улыбкой.
За стеклянной дверью я нахожу Зака. Он лежит на кровати, пока врач команды заканчивает заклеивать и промывать его глаз.
Когда он замечает меня, то садится и жестом приглашает войти. Когда я вхожу, я знаю, что на доктора моё присутствие не произвело впечатления.
— Только для семьи и девушек, — съязвил он.
— Она моя девушка, — возражает Зак.
То, как это звучит из его уст…Даже если не по — настоящему.
— Тогда ладно, — доктор заканчивает и уходит, забирая с собой поднос с медицинской марлей и бинтом.
Я подхожу, чтобы встать у кровати, когда Зак наклоняется и берет мою руку в свою, слегка проводя большим пальцем по костяшкам моих пальцев.
— Что ты здесь делаешь?
— Я должна была увидеть тебя. Это выглядело нехорошо.
Он ничего не говорит, но садится на край кровати. Я могу сказать, что у него кружится голова, и я хочу, чтобы он лёг, но я знаю, что он не послушает.
Он притягивает меня к себе между ног, на нем только спортивные шорты, и я вижу, что на его груди уже проступают синяки. Даже между татуировками это очевидно.
— Я в порядке, — он убирает прядь волос с моего лица, и его взгляд блуждает между моими глазами. — Ты пришла проведать меня.
— Конечно. Я волновалась.
— В последний раз, когда я был ранен и лежал на больничной койке, я был…
— Один?
Он кивает.
— Да.
Я держу его великолепное лицо в своих руках.
— Да, но больше ты не один.
ГЛАВА 33
ЗАК
Луна стоит у меня на кухне, помешивая в кастрюле соус для пасты, покачивая бедрами в такт песне Тейлор Свифт “Cruel Summer”.