— Мне очень жаль.
— И все же я пойду за тобой.
— Неужели?
— Я бы поехал с тобой в любую точку гребаного мира, детка.
Я могу сказать, что краснею, даже не глядя на себя в зеркало. Мне двадцать восемь, но он все еще заставляет меня краснеть, как подростка, которым я была, когда впервые увидела его.
— Ты бы сделал это? — шепчу я.
— На этот раз я, блядь, буду преследовать тебя.
Я отстраняюсь от него. — А как насчет сейчас?
Его глаза темнеют той дымкой, которую я так люблю в нем. — Ты хочешь, чтобы я погнался за тобой сейчас?
— Я не знаю, — я на дюйм придвигаюсь к краю дивана.
— Может быть, на этот раз я трахну тебя сильнее.
— О, да?
— Я буду хорошо трахать тебя, трахать тебя так, пока ты не закричишь.
— Ты сможешь?
— Это будет больно.
— Ммм.
— Я буду груб.
— Да, пожалуйста.
— Это выйдет из-под гребаного контроля.
— Да?
— Это будет все, что тебе нужно, и даже больше.
— Чего ты ждешь? Поймай меня, — шепчу я страстным голосом и убегаю.
Ворчание Себастьяна следует за мной, когда я направляюсь к лестнице, затем останавливаюсь и меняю направление в сторону заднего балкона кухни.
Если он поймает меня на лестнице, у меня не будет ни единого шанса.
Он прямо за мной, и я чувствую, как он приближается ко мне.
Я не останавливаюсь, когда трясущимися пальцами открываю балконную дверь и обегаю встроенный столик на веранде.
К счастью, в поле зрения видны только деревья и несколько далеких домов, но любой из соседей может выйти и увидеть меня голой.
Большая рука хватает меня за локоть, и я вскрикиваю, затем пытаюсь боднуть его в подбородок. Себастьян уклоняется от меня и толкает меня спиной на стол. — Попалась, детка.
— Нет, нет… Отпусти меня!
Я бью по его обнаженной груди, оставляя царапины, но он легко подчиняет мои запястья и бьет ими по макушке моей головы.