— Что в багажнике? Кроме Кэти и трупешника, в смысле.
— Молоток.
— Она пошла за молотком, так?
— Именно.
— Зачем?
— На случай, если ты выкинешь что-нибудь… этакое.
— Стоп, вы что, испугались меня? Двое мокрушников?
— Мы убили того парня, защищаясь. Он напал на нас. Мы боялись, что ты можешь поступить так же. Мы подумали… что ты преступник.
Он ухмыльнулся. Его зубы, кипельно-белые, едва ли не светились под бликами луны.
— Я что, похож на преступника?
— Скорее на байкера.
— У вас какие-то предубеждения насчет байкеров?
— Мы просто перестраховывались. В том плане, что мы собирались отвезти тебя на нашей машине, не зная, будешь ли ты нас грабить и убивать сразу или потерпишь, черт тебя дери!
— Ага, и это, по-вашему, повод сделать из меня отбивную, не разбираясь?
— Да НЕТ же! Мы не собирались предпринимать ничего такого, пока ты не нападешь на нас. Пожалуйста, выпусти ее из багажника. Она там с трупом, Господи Боже.
— Вот мы и подошли к другому вопросу. — Присев на корточки у моих ног, Снег Снегович уперся локтями в колени и погладил острием ножа седые пряди на подбородке, вдруг напомнив отчего-то какого-нибудь античного философа. — Кто он?
— Ты хочешь знать имя?
— Для начала.
— Эллиот.
— Кэти науськала тебя пришить надоевшего муженька?
— Он не был ее мужем.
— Вы с ней долго планировали? Мистер начал мешать романтике?
— Да какой он мистер…
— Наверняка, и по страховке выплату бы вы сграбастали.
— Нет.
— Я видел тот кинчик. Играли Фред МакМюррей и та душенька из «Большой долины».
— Барбара Стэнвик.
— Ага, она самая.
— Ты про «Двойную страховку»?
— Да, да. Он выбросил того изуродованного парня с последнего вагона поезда и…