Шансы на это были малы. Относительно малы.
Я попытался унять свой фонтан, но проблема была в том, что я только начал.
Автомобиль замедлился. Захрустел гравий под шинами, зашипел выхлоп.
Останавливается. Совсем рядом.
Я вдруг понял, что это, скорее всего, был дорожный патруль. Офицер, наверное, изменил свое мнение о нас, решил, что мы, наверное, нуждаемся в помощи и, в конце концов, повернул и вернулся.
Это, конечно, лучший вариант, чем Снегович.
Но не сильно-то и лучший.
Я услышал, как хлопнула дверь автомобиля.
Аккуратно попятившись спиной вперед к обочине и стараясь не обмочить при этом ботинки, я оглянулся. Автомобиля не было видно. Никого не было видно.
В конце концов я закончил и благополучно застегнул молнию на джинсах. Что ж, теперь меня не повяжут за эксгибиционизм по отношению к пустынным лисам. Сделав пару шагов вверх, я увидел остановившуюся машину.
Мое предположение о дорожном патруле оказалось в корне неверным.
Замерший в нескольких ярдах позади машины Кэт допотопный серый фургон с тупоносым капотом понуро посверкивал запыленными окнами, тянувшимися по бокам. Через лобовое стекло мне были видны два пустых передних сиденья. То, что было за ними, скрывалось за занавесью. Как выяснилось, и боковые окна были зашторены — все как одно. То, что творилось в задней части фургона, увидеть было никак нельзя.
И водителя что-то не наблюдалось.
Впрочем, это наверняка был Снег Снегович. Угнавший фургон со стоянки «Кухни Люси» и настигший нас.
Но где же он?
Считанные секунды назад я слышал, как кто-то хлопнул дверью.
Дверь машины Кэт с моей стороны все еще была открыта — так ее оставил я. Мне не было видно, сидит ли Кэт на своем месте, или уже нет. Фургон казался наглухо законопаченным.
Кто хлопнул дверью?
Где Снегович?
Вряд ли Кэт осталась бы спокойно сидеть в машине, завидев седого детину. Она либо попыталась бы убежать, либо — что вероятнее — переехать его.
Оттуда, где я стоял, нельзя было увидеть, что творится с другой стороны машины. Коли на то пошло, я мог видеть только переднюю треть второго борта.
Я поднялся немного выше.
Признаков жизни у фургона по-прежнему не наблюдалось.
Я всматривался в пространство между колесами нашей машины и землей.
И заметил пару ног на другой стороне.
Я знал, что Снег Снегович был обут в черные мотоциклетные бутсы, а Кэт — в коричневые кроссовки из кожи с высоким верхом.
Эти же ноги были в босоножках.
Я начал осторожно обходить машину справа. Заглянул в оставленную распахнутой дверь. Кэт по-прежнему сидела за рулем, повернув голову к окну.
Она говорила с какой-то молодой женщиной.
Та, похоже, заметив меня, что-то сказала Кэт.