— Есть где срезать?
— Да, в пятидесяти или шестидесяти милях отсюда, у самого въезда в Долину Смерти. Но все эти трассы к западу… довольно извилистые. Не знаю, может быть, и правда, будет лучше, если мы развернемся и попробуем выехать на Четырнадцатую.
— Давай я посмотрю. — Бросив взгляд в зеркало заднего вида, она начала притормаживать.
Оглянувшись через плечо, я увидел пару многоколесных фур вдалеке — и больше ничего. Трасса была хорошая, широкая.
— Вроде как все спокойно, — доложил я.
Кэт свернула на обочину и остановилась.
Я протянул ей карту.
— Погоди. — Теперь ее взгляд был прикован к боковому зеркальцу. — Пусть проедут.
Поначалу я не понял, о ком она говорит. Фуры, приблизившись, прогрохотали мимо — от каждого их движения наша скромная легковушка, казалось, вздрагивала. Даже у меня в груди что-то сжималось — я будто стоял на концерте хэви-металл-группы слишком близко к динамикам-усилителям.
Проехали фуры, и за ними обнаружился еще один маленький транспортный хвостик. Вот ведь не сидится туристам, подумал я, запоздало осознав, что для машин желающих подивиться на Долину Смерти, эти автомобили как-то уж очень странно выкрашены.
А потом я понял, что это были не туристы.
Это были машины дорожного патруля.
— Ой-ой-ой, — вырвалось у Кэт.
— Может, все же взглянешь, дорогая? — громко сказал я и сунул ей карту прямо под нос. Развернувшись, та закрыла добрую половину ветрового стекла.
Патруль пронесся мимо.
— Они не остановились? — пробубнила Кэт из-за карты.
— Сейчас… погоди… нет. Нет, они едут дальше.
— Уф-ф-ф.
Она опустила край карты и проводила удаляющиеся патрульные машины взглядом. Я же, обернувшись, убедился, что дорога за нами опустела.
— Смотри на карту, — велел я Кэт. — Я сейчас вернусь.
Она одарила меня хмурой улыбкой.
— Не напорись на змейку, ковбой.
— Постараюсь. — Я вылез из машины.
Шоссе наше, образно говоря, пролегало аккурат посреди нигде. Пустыня. Горы вдалеке. И больше ничего. Я спешно подался на обочину и, аккуратно ступая по осыпающемуся песку, пошел вниз. Обогнул пару чахлых кустиков. Где-то внизу, похоже, лежало русло пересохшей реки.
Отойдя на порядочное расстояние от машины, я расстегнул джинсы и начал поливать мертвые пески.
Ощущения — самые положительные. Стоишь под солнышком, омываемый со спины легким бризом, и облегчаешься.
Идилию испортил звук мотора.
Все в порядке, сказал я себе. Отсюда меня не видно.
Ветерок доносил звук ко мне откуда-то справа. С востока. Со стороны Риджкреста, Инокема и… «Кухни Люси».
О Боже, пусть это будет не Снег Снегович.