— Двадцать восемь лет. Да, старая, — вздохнул Гришка, — зато какие у неё бубсы, Генка! Это же мечта, а не бубсы.
И этот туда же!
— Так поможешь? Все остальные в жопу упились. Кроме Нюры. Но она его всё равно не дотащит.
— Ну ладно, — со вздохом Гришка отбросил салфетку в сторону, критически осмотрел себя в зеркало и встал, — Пошли. Только быстро!
Мы прошли по коридору и поднялись на мой второй этаж. Точнее Гришка широко шагал впереди. А я пытался поспевать за ним сзади.
— А чего это Зубатов к тебе попёрся? — заинтересовался Гришка, — он же тебя на дух не любит. Да и Клара что-то взъелась на тебя.
— А чёрт их знает, — ответил я и чуть не налетел на гришкину спину, который стал как вкопанный.
— Ого! — присвистнул Гришка и уважительно добавил, — это ж надо так ужраться. Никогда раньше за Зубатовым не замечал такого. Наоборот, мы все пьём, а он один сидит трезвый, запоминает, кто что сказал.
— Всё когда-то случается в первый раз, — философски ответил я.
— Куда его тащить? — спросил Гришка.
— К нему в квартиру.
— А ключ у тебя есть?
— У меня нету, — развёл руками я, — а у Зубатова должен быть.
— Ищи, — велел Гришка.
Я потоптался на месте:
— Почему я?
— А кто? — удивился Гришка, — это он ко мне разве припёрся?
Я вздохнул и полез искать по карманам.
К сожалению ключа не было.
— Нету, — констатировал свой провал я после планомерных поисков.
— Плохо, — ответил Гришка и недолго думая, схватил Зубатова-Моню за ноги и втащил ко мне в квартиру.
— Гришка! — возмутился я, — погоди! Зачем ко мне?
— А куда? — удивился он, — ко мне на первый этаж что ли? К тебе он ближе всего.
— Но я не хочу…
— Мало ли чего ты хочешь, — вздохнул Гришка, осуждающе посмотрел на повисшую на одной петле дверь, приподнял её и насадил обратно на петлю, — вот так-то лучше будет.
Я не мог согласиться, но деваться было некуда.
Гришка ушел, оставив после себя запах ландышей, а я удручённо посмотрел на лежащего на полу Зубатова-Моню.
— Ты бы ему хоть подушку дал, что ли, — проворчал Енох, — ему же неудобно спать на полу.
— Так пусть к себе домой на кровать идёт, — возмутился я но таки сдёрнул с кровати покрывало и набросил на мирно спящего алкаша Моню.
Моня всхрапнул и заулыбался во сне.