Спрошу у него завтра. Буду надеяться, к тому времени я приду в себя.
С трудом выбравшись из ванны, я завершила приготовления ко сну и нашла в сумке таблетки. Обычно Бонни оставляла их на столике, чтобы я не забыла принять лекарства. Ну вот, вновь меня настигли мысли о ней.
Отогнав воспоминания, я сосредоточилась на лекарстве. Прежде чем пойти сюда, я успела выпить противозачаточную таблетку. Контрацептивы были зашиты в тяжелое платье, и я не могла взять его с собой, собирая вещи лишь на одну ночь. Завтра нужно позаботиться, чтобы его принесли сюда.
Я наполнила стакан водой, присела на кровать и вытряхнула на ладонь две таблетки с железом. Но, не торопясь выпить их, оцепенела. Живот скрутило.
Что-то не так. Не померещилось ли мне?
Я внимательно изучила таблетки при свете прикроватной лампы: на вид, казалось, все в порядке. Темно-серые с голубоватым отливом и мраморным узором пилюли. И все же…
Глупости, возьми и выпей! Это все игры разума. С такой подозрительностью недалеко и до паранойи.
И тем не менее я высыпала на ладонь еще несколько таблеток. Они все были одинаковыми, выглядели обычно, и даже их запах не изменился. Таблетки показались мне странными, потому что у меня помутилось сознание. Или нет?..
Голова шла кругом, мысли сменяли одна другую. В моей комнате кто-то был. Но он явился туда не для того, чтобы убить Бонни? Будь целью она – зачем убивать ее в спальне кровавой невесты? Почему не выбрать более укромное место? Неожиданно я поняла, что все произошло из-за меня. Возможно, убийца и не собирался дожидаться моего возвращения, а хотел тайком сделать что-то в моей комнате. Возможно, подменить таблетки.
По спине пробежала ледяная дрожь. Я вскочила на ноги, сжала в ладони таблетки и босиком выбежала из комнаты. В коридоре горел яркий свет, каменный пол холодил ноги. В противоположных концах перехода стояли стражники, молча наблюдая, как я спешу к королевским покоям. Я помедлила, но никто и не думал мне мешать. Я постучалась в дверь. С каждой секундой сердце, казалось, билось громче.
Наверняка я все выдумала. И только зря потрачу его время.
Нет! Я не стала бы подозревать этого без причины. В таблетках что-то изменилось. Я почти уверена! А может…
Проклятье, совсем запуталась. Ах, если бы только утихла головная боль…
Я не услышала приглашения войти: Бенедикт лично открыл дверь. Я застыла на месте: на нем были только легкие брюки, свободно державшиеся на бедрах. Я увидела его голый торс и забыла, зачем пришла. Без рубашки его грудь выглядела еще шире. Мышцы четко очерчивались. Без сомнения, Бенедикт регулярно тренировался. Увидеть бы это!
И почему он так притягателен? Мой взгляд скользнул вниз: на бледной коже выделялись темные волоски, дорожкой тянувшиеся от пупка к поясу брюк. Воспоминания о первом укусе захлестнули меня. Как ласково он прижимал меня к стене, захватив в кольце рук, тянулся к шее…
Тяжело сглотнув, я быстро подняла взгляд и посмотрела ему в лицо. Оказалось, он изучал меня не менее внимательно, удивленно изогнув брови, и мои щеки вспыхнули.
– Что случилось? – спросил он и отступил в сторону, пропуская меня в комнату.
Я медлила с ответом, пройдя в спальню и пытаясь прогнать из мыслей ярко нарисованную памятью картинку.
– Флоренс? – переспросил он. – Что-то произошло?
О небеса, снова его голос напоминал черный шелк! Как собраться с мыслями? Зачем вообще я пришла сюда? Разумно ли посвящать его в это? Нельзя доверять Бенедикту.
Но с кем еще поделиться? Я подумала о Лире. Но чем этот вариант лучше? К тому же она ничего не сможет предпринять. Родные тоже не смогут помочь. А одна…
Сложно признавать собственное бессилие. Придется рассказать Бенедикту, и пусть это невероятно глупо.
Пересилив себя, я глубоко вздохнула и вытянула руку, в которой держала таблетки. Бенедикт ответил мне растерянным взглядом.
– Ты не могла бы объясниться? – спросил он.
Потребовалось время, чтобы мне удалось сформулировать ответ.
– Думаю, что-то не так, – только и смогла произнести я.
Бенедикт нахмурился. Я обратила внимание, что его волосы влажные, да и его сосново-пихтовый аромат не окутывал его, как обычно, а ощущался едва заметно. Очевидно, Бенедикт только что вышел из душа. И мне потребовалось усмирить воображение.
– Почему ты так решила? – спросил он, глядя мне в глаза.
– Хм? – промычала я.
Взгляд этих зеленых глаз заворожил меня, перестал казаться чужим. Мне захотелось найти утешение в объятиях Бенедикта, попросить, чтобы он обнял меня, хотя бы на секунду. Проклятье, да что со мной случилось?