Я киваю и облизываю губы, оставшийся привкус ночи, проведенной с Алексом, поражает меня горькой обидой.
Вкалываешь мне кетамин и похищаешь? Отлично. Запираешь меня в подвале посреди дикой природы и проводишь надо мной эксперименты по изменению сознания? Отлично. Занимаешься со мной любовью, теряя рассудок? Отлично.
Но натравливать на меня Ванессу, как змею, чтобы она сделала всю грязную работу…
Это уже слишком.
Я заглядываю через стеклянные перила в пентхаус, пытаясь отследить его передвижения. Присутствие Алекса в доме моей семьи приводит в замешательство. Я не замечаю его, и мне интересно, сидит ли он на балконе с жутким биноклем и подслушивающим устройством. Или, может быть, шпионит с помощью беспилотника.
Это подозрения могут показаться нелепыми, если только ты не становишься объектом одержимости доктора Алекса Чемберса. Он точно знал, где я была этим утром. Он точно знал, что я собиралась сделать. Значит…
Я достаю свой телефон из заднего кармана и бросаю его на брусчатку, затем ударяю каблуком ботинка по экрану.
Моя мама бросает взгляд на разбитое устройство, прежде чем неодобрительно нахмуриться.
— Вижу, твой характер не улучшился.
Я смотрю вниз на разбитый телефон. Он «занимался любовью» со мной. Он заставил меня поверить, что я могу полюбить его. Мне было так больно этим утром, когда я боролась с выбором уйти или остаться.
Но в какой-то момент ночью он установил шпионскую программу на мой телефон. Все, что он говорил прошлой ночью, было чушью. Между нами никогда не может быть никакого доверия. Он лишь хотел помешать мне попасть в полицейский участок, поэтому привлек мою мать.
А это великое зло.
Скрещиваю руки на груди и перевожу взгляд на двух сговорившихся женщин на террасе. Я могла бы все отрицать. Могла бы заявить, что смерть Эриксона была несчастным случаем или самообороной. Но по какой-то причине облегчение, которое я испытываю от того, что кто-то еще знает мой секрет, снимает слой вины, даже если эти люди — мама и самовлюбленная клиентка из моего списка.
— Как ты узнала? — спрашиваю я Ванессу.
Она поджимает губы.
— Мне позвонил твой адвокат, — объясняет она. — Джош Вэнсон. Он позвонил и объяснил твои обстоятельства и сказал, что пришло время вмешаться, пока ты не приняла плохое решение. Слава Богу, я добралась до тебя вовремя.
Гнев иссушает нервы. Алекс рылся в моей сумке. Он нашел визитную карточку Вэнсона. Он не только солгал моей матери о том, кто он такой, чтобы манипулировать ею, но и сделал ее сообщницей. Она пособница убийцы.
Я не позволю причинить вред моей семье.
— Удивлена, что он не сказал тебе, что был моим любовником, — говорю я, качая головой. — Он не юрист. Он маниакальный преследователь. Тебе нужно выгнать его из своего дома.
Густо накрашенные ресницы моей матери широко раскрылись.
— Любовник? Вы встречаетесь? Насколько все серьезно?
Конечно, она услышала только это. Я умоляюще смотрю на Рошель.
— Помоги мне.
Рошель занята постукиванием по экрану своего телефона.
— Ты уверена? По-моему, он похож на юриста, — она переворачивает экран, чтобы показать мне веб-сайт некоего Джоша Вэнсона, ДЮ29. Фотография Алекса в деловом костюме, очень похожего на юриста, размещена в верхней части сайта.
Господи. Я потираю лоб, чувствуя себя так, словно меня затянуло в альтернативную вселенную. Алекс закодировал ссылку для перенаправления на сайт фейкового Вэнсона. Конечно, он это сделал.
Моя мама машет рукой.
— Он рассказал мне о том, что произошло с этой твоей местью…
— И ты поверила ему, — добавляю я за нее, чтобы облегчить признание.
Она натягивает льняную накидку на плечи.