Юнь Усинь собиралась задать еще один вопрос, когда услышала слабый намек на грусть в голосе Юнь Чэ.
Царство Бога Дракона, Запретная Земля Сансары.
Прежде чем уйти в прошлый раз, Юнь Чэ применил здесь светлую духовную энергию. Поэтому, когда он вернулся на этот раз, картина в его взгляде уже не была пустынной.
Зеленая трава создавали тень, цветы украшали, и случайный щебет птиц и насекомых… однако было суждено, что он никогда не сможет вернуться в райское место того года, которое было даже более фантастическим, чем он мог представить.
— Шэнь Си, я пришел к тебе.
Стоя перед надгробием, которое он сам воздвиг, Юнь Чэ долго молча смотрел на нее.
Несколько раз отдав дань уважения, Юнь Усинь молча сопровождала отца.
— Тогда ты использовала всевозможные слова и методы, чтобы побудить меня расти, превзойти Лонг Бая, превзойти всех в мире… теперь я уже сделал это, но я не смог позволить тебе увидеть это.
— На самом деле, я никогда не смогу понять, в чем была твоя причина так обращаться со мной.
— Ах… — Юнь Чэ издал долгий вздох. Затем он посмотрел вперед и растерянно пробормотал, — разные облака и бурные ветра сметают дым, но Си будет продолжать обнимать миллион цветов, пока спит.
Эта сцена навсегда исчезла из его жизни.
Юнь Усинь подняла глаза, — это стихотворение, которое отец написал тогда для тети Шэнь Си?
Юнь Чэ тихо пробормотал, — Юнь для меня и Си для нее. Это ее сияние, духовный свет, сделали этот рай. Только я все еще здесь… но сияния больше нет.
Брови Юнь Усинь взволнованно нахмурились. Она колебалась некоторое время, прежде чем, наконец, сказать. — Я действительно не понимаю чувств между отцом и тетей Шэнь Си тогда. Я просто чувствую, что слова моего отца… немного легкомысленны. Разве она не разозлится, когда услышит их?
— Да, ты очень верно сказала.
Юнь Чэ полностью согласился со словами Юнь Усинь. Это было похоже на то, что слова просочились прямо в сердце. — Она самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Она даже немного превосходит Цяньинь и Ву. Шок, который я испытал, когда встретил ее тогда, это то, что я никогда не смогу забыть до конца своей жизни. Это также то, что никогда не повторится.
Губы Юнь Усинь приоткрылись в шоке… она не могла себе представить, какой ослепительной красотой она обладала, если превосходила Юнь Цяньинь и Чи Ву.
Неудивительно, что Император-Драконов был так одержим ею.
Он был влюблен в нее сотни тысяч лет.
— Тогда я знал, что она была «Императрицей Драконов» в легендарной «Богиня и Императрица Драконов», но потом я обнаружил еще больше, что «Императрицы Драконов» фактически никогда не существовало, а это была просто иллюзия, к которой Лонг Бай стремился и не добился, обманывая мир и обманывая себя.
— Однако Шэнь Си было сломлена мной, и именно она взяла на себя инициативу.
— В то время в моем сердце было очень глубокое сомнение, и я опасался Лонг Бая… но более того, была какая-то гордость. — Юнь Чэ покачал головой смеясь над собой, — позже я доверился ее нежности и стал еще более безудержным перед ней. Эти два стихотворения действительно были своего рода легкомысленным хвастовством, но она тогда не злилась. Вместо этого она показала редкую улыбку.
Улыбка на ее лице в то время, также глубоко запечатлелась в его душе.
Хотя с тех пор прошло всего десять лет, теперь он чувствовал себя детским и самодовольным ребенком.
— Усинь, если бы ты видела ее, ты бы полностью поверила, что такая женщина, как фея, действительно существовала в этом мире. Только… даже жизнь самого совершенного человека всегда будет иметь много сожалений и сожаления от невозможности восполнить.
Глаза Юнь Усинь были полны тоски.
Несмотря на то, что Западная Божественная область была крупнейшей Божественной областью Царства Богов, Юнь Чэ не задержался с Юнь Усинь надолго.
Через три месяца они уже покинули Западную Божественную область и направились на Восток. Однако они не направлялись прямо в Восточную Божественную область. Вместо этого они вошли в Божественное Царство Абсолютного Начала, пройдя через центр Царства Богов.
Серое небо и земля и древняя аура, несомненно, открыли совершенно другой мир в видении и знании Юнь Усинь.
Юнь Чэ привел Юнь Усинь глубже в Божественное Царство Абсолютного Начала, рассказывая историю и расы этого места.