— Кто еще прикасался к тебе здесь? — Требую я, запечатлевая поцелуй на внутренней стороне ее бедра. Она вздрагивает от этого ощущения и ахает.
Я уже знаю ответ.
Но, черт возьми, так приятно это слышать.
— Больше никто, Альфа, — стонет она. — Только ты.
Я целую ее щель, вдыхая ее сладкий аромат, и она всхлипывает. — Когда-либо только я. Разве это не так, Омега?
Она прижимается своим естеством к моему рту, отчаянно желая трения. — Да. Только ты.
Я стону в ее лоно, покрывая свое лицо ее слизью. — О, милая, — шепчу я. — Это было очень опасно говорить.
Тогда я, блядь, наслаждаюсь ею.
Я медленно облизываю ее щелочку, сосредоточившись на ее клиторе и посасывая его. Ее стоны — музыка для моих ушей, и они подстегивают меня, когда я облизываю ее гладкую кожу, упиваясь медовым вкусом.
Я самый жесткий, каким когда-либо был в своей жизни, а она даже не прикасается ко мне.
Ее влагалище трется о мое лицо, и мне приходится придерживать ее бедра руками, удерживая ее в безопасности, пока я трахаю ее своим языком.
Я теряю себя в ней.
Это гребаный рай.
ГЛАВА 20
Я не знаю, сколько времени он проводит у меня между ног, потому что я убеждена, что умерла и попала на небеса.
Ничто не должно быть так приятно. Ничто.
Мне неловко от того, сколько раз я испытываю оргазм, скольким количеством слизи пачкаю его лицо, но он стонет в мою киску с каждым оргазмом, который дарит мне.
Я тянула его за волосы, чувствуя мягкие пряди под своими пальцами, и терлась своим влагалищем о его губы.
Я понятия не имею, как он может дышать, но я не могу найти в себе сил для беспокойства.
Пусть он умрет, поклоняясь моей киске.
Он этого заслуживает.
Мои ноги обвиваются вокруг его плеч как раз в тот момент, когда его палец надавливает на мой вход. Я напрягаюсь, и он сжимает мои бедра.
— Расслабься, — говорит он. — Ты была создана для этого, Омега. Создана для того, чтобы принимать все, что я тебе дам.
И, черт бы его побрал, он прав.
Его палец проникает в меня, и я стону от этого вторжения.
— Ты такая тугая, — шепчет он. — Такая невероятно маленькая.
Я хнычу, когда он засовывает еще один, нетерпеливо извиваясь.
Его рот снова на моем клиторе, пока он работает со мной, без усилий трахая меня пальцами.
Тем не менее, мне нужно больше.