— Замолчи, — спокойно потребовала Молли. Она говорила тихо, потому что не хотела покидать его в гневе. Она вдруг оказалась рядом с Кевином и, словно со стороны, смотрела, как ее рука тянется к его щеке. Ей нравилось ощущать пальцами гладкость его кожи. Она любила его, невзирая на все его слабости и недостатки. — Ты хороший человек, Чарли Браун[84] , и я желаю тебе всего самого лучшего.
— Молли, я не…
— Эй, только не умоляй меня остаться, ладно? — Она изобразила улыбку и отступила. — Все хорошее когда-нибудь кончается, и ничего тут не поделать. Пойдем, Ру, поищем Фэб.
Глава 24
Только присутствие детей скрашивало Молли обратный путь в Чикаго. Ей всегда было трудно скрывать свои чувства от сестры, но на этот раз пришлось. Она не имела права портить и без того натянутые отношения между Фэб, Дэном и Кевином.
В ее квартирке, где не проветривалось почти три недели, было душно и ужасно пыльно. Молли очень хотелось тут же приняться за уборку и чистку, но она решила, что это подождет до завтра.
Вместе с Ру она занесла чемоданы в «спальню», а потом спустилась к письменному столу и черной пластиковой коробке, где лежали папки с документами. Усевшись на пол в позе лотоса, она вытащила последний контракт с «Бердкейдж пресс» и внимательно просмотрела каждый пункт.
Точно. Она так и думала.
Молли подняла глаза к потолку, изучила выцветшие от времени кирпичные стены и уютную кухоньку, долго наблюдала игру света на деревянных полах.
Дом. Ее дом.
Через две недели Молли вышла из лифта на девятом этаже административного здания на Мичиган-авеню, где располагался офис издательства. Застегнула пуговку кардигана, надетого поверх льняного платья в красно-белую шахматную клетку, и направилась к кабинету Хелен Кеннеди-Шлотт. Она давно перешла свой Рубикон, и возврата назад не было. Оставалось только надеяться, что тональный крем скрыл тени под глазами.
Хелен, сидевшая за огромным, заваленным рукописями, гранками и макетами обложек столом, поднялась ей навстречу.
— Молли, как приятно снова видеть вас! Ужасно рада, что вы наконец позвонили, Я почти отчаялась вас поймать!
— Я тоже рада, — вежливо ответила Молли.
Из окна виднелась полоска реки Чикаго, но внимание Молли привлекла выставка детских книг на полках. Пока Хелен рассказывала о своем новом менеджере по маркетингу, Молли отыскала взглядом красочные переплеты первых пяти книг о Дафне. Тяжело сознавать, что к ним никогда не присоединится шестая.
— Как хорошо, что мы встретились, — продолжала щебетать Хелен. — Нам о многом нужно поговорить.
— Вряд ли о многом, — пробормотала Молли и, поняв, что больше не в состоянии продолжать этот фарс, вынула из сумочки белый конверт и положила на стол. — Здесь чек, возмещающий первую половину гонорара, выплаченную за «Дафна летит кувырком».
Хелен с недоумением приподняла брови:
— Но нам не нужны деньги! Мы хотим издать книгу!
— Боюсь, не получится. Я не собираюсь вносить изменения.
— Молли, я знаю, вам не нравятся наши предложения, но пора поговорить по душам. Мы всегда желали вам добра. Поверьте, нам небезразлична ваша карьера.
— А мне небезразличны мои читатели.
— Как и нам. Пожалуйста, попытайтесь понять. Авторы смотрят на очередной проект исключительно со своей точки зрения, но кругозор издателя намного шире, тем более что именно нам приходится общаться в публикой и прессой. Поверьте, у нас просто не было выбора.
— Выбор есть у каждого, и час назад я сделала свой.
— И что это значит?
— Я сама опубликовала «Дафна летит кувырком». В первоначальном варианте.
— Опубликовали? — ахнула Хелен, — О чем вы говорите?!
— Опубликовала в Интернете.
— Как вы посмели?! У нас контракт! — возмутилась Хелен.
— Если возьмете на себя труд прочесть весь контракт, то увидите, что за мной остается право на электронную версию книги.
[84] Герой комикса Ч. Шульца «Арахисовые орешки»; не слишком уверенный в себе человек, у которого мало друзей.