История Рима: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ГЛАВА VII

АНТОНИНЫ

Нерва

Заговорщики наметили в преемники Домициану старого сенатора Марка Кокцея Нерву, в качестве принцепса принявшего имя Император Цезарь Нерва Август. Он начал собой ряд императоров (Нерва, Траян, Адриан, Антонин Пий, Марк Аврелий и Коммод), которые условно носят имя Антонинов.[432] За одним только исключением[433] их преемственность была основана не на родстве, а на усыновлении.

Антонины принадлежат к двум разным эпохам. Правление первых четырех принцепсов этой «династии» (96—161 гг.) является периодом максимальной устойчивости центральной власти. Политика Флавиев дала свои плоды, а кратковременный рецидив террористического режима при Домициане не смог разорвать союз, заключенный между императорской властью и имперским рабовладением. Стабилизация центральной власти не могла не отразиться положительным образом и на империи в целом. Хотя процессы общего кризиса рабовладельческой системы уже в эту эпоху начали проявляться в некоторых серьезных симптомах, однако ряд положительных показателей экономической, социальной и политической жизни, по-видимому, не давал никаких оснований для тревоги. Недаром современники называли эту эпоху «Золотым веком».

И тем не менее с момента воцарения М. Аврелия в империи разразился острый и продолжительный кризис. Эпоха кажущегося процветания кончилась, и те процессы распада, которые были мало заметны в первой половине столетия, теперь резко выступили наружу. Вот почему, когда мы строим периодизацию империи, Антонины попадают в две разные эпохи.

Убийство Домициана было совершено без всякого участия преторианской гвардии, среди которой император пользовался большой популярностью. Но так как один из ее командиров Петроний Секунд принадлежал к числу заговорщиков, то ему в течение некоторого времени удалось сдерживать преторианцев. Поэтому сенат смог беспрепятственно провести выборы нового императора из своей среды. Но когда начались акты мести по отношению к памяти Домициана (уничтожение его изображений, выскабливание его имени на официальных памятниках и пр.) и преследование его бывших сторонников, вспыхнуло восстание преторианцев. Им руководил второй префект претория Касперий Элиан. Гвардия потребовала выдачи ей Петрония Секунда и других убийц Домициана. Нерва вынужден был уступить, хотя и не без борьбы.

Таким образом, с самого момента своего воцарения Нерва очутился перед проблемой, как урегулировать отношения с армией. Он был стар, не обладал военным опытом и не пользовался престижем в военных кругах. Это обстоятельство продиктовало Нерве весьма разумное решение: он усыновил одного из своих военачальников, наместника Верхней Германии Марка Ульпия Траяна, родом из Испании.[434] Нерва дал Траяну имя Цезаря и наделил его трибунской властью. Таким образом, Траян стал не только наследником, но и соправителем Нервы. Он был крупным полководцем, опытным администратором, а за его спиной стояли верхнегерманские легионы. Таким путем была решена трудная задача укрепления нового царствования военным элементом. Вместе с тем был создан прецедент для нового порядка престолонаследия.

В качестве ставленника сената Нерва правил в полном согласии с высшим органом государства, обновленным Флавиями. При своем воцарении Нерва дал клятву не казнить сенаторов без разрешения самого сената, вынесенного после открытого судебного разбирательства. Это обязательство соблюдали и преемники Нервы. Мало того: сенат стал привлекаться к обсуждению текущих государственных дел, утверждать законы, ратифицировать мирные договоры и проч. Однако все эти конституционные моменты нисколько не колебали основ военной монархии, которая к тому же все более становилась и монархией бюрократической. Если при Нерве еще могли существовать какие-то конституционные иллюзии, порожденные самим характером возникновения новой династии, то уже преемники Нервы фактически не очень считались с «конституцией». Тем не менее доброе согласие между императором и сенатом оставалось не нарушенным до последнего представителя династии — Коммода.

К концу I в. сельское хозяйство Италии пришло в упадок. Мы уже указывали, что оно было подорвано еще в I в. до н. э. благодаря гражданским войнам. Попытки Августа и его преемников улучшить положение дел, по-видимому, не дали результатов, потому что, если верить современникам, Италия в середине I в. н. э. переживала тяжелый аграрный кризис. В тесной связи с этим кризисом стояло обнищание массы населения и резкий упадок рождаемости даже среди низших классов. По-видимому, бедствие было настолько велико, что правительство должно было принять какие-то меры, выходящие за рамки обычных раздач и подкармливания столичного населения.

В свете этих фактов нам будет понятна знаменитая алиментарная система[435] государственной благотворительности, основание которой положил Нерва[436] и которая была развита его преемниками. Своей непосредственной целью она ставила помощь беднейшим слоям свободного населения в воспитании их детей. Одновременно с этим правительство хотело поддержать сельское хозяйство Италии. Нерва из средств фиска создал фонд, откуда нуждающиеся в дешевом кредите землевладельцы могли получать ссуды за невысокий процент (5%). Эти проценты уплачивались в кассы муниципиев, где таким путем накапливались местные фонды, из которых выдавались пособия бедным семьям на содержание их детей. Сироты также получали аналогичные alimenta.

В источниках мы встречаем упоминания о других мерах и проектах Нервы, направленных на ослабление кризиса. Так, есть сведения о проведении им через трибутные комиции аграрного закона,[437] предусматривающего покупку земли и раздачу ее безземельному населению. Тяжелое финансовое положение италийских общин, обусловленное кризисом, также вызвало некоторые мероприятия правительства.[438] Впрочем, социально-экономическая политика Нервы, ввиду плохого состояния традиции, нам плохо известна, и часто мы не можем отделить его собственных мероприятий от мероприятий его преемников.

Хотя военные операции Нервы на нижнем Рейне и на Дунае были незначительны, однако они дали ему повод принять титул Germanicus.

Траян

Нерва умер уже в начале 98 г. Траян, находившийся в этот момент на рейнской границе, в нынешнем Кельне (римская Colonia Agrippina), без малейшего противодействия стал императором.[439] Характерно, что Траян не сразу приехал в Рим после смерти Нервы, а еще 1,5 года оставался на Рейне, занятый укреплением границы. Это говорит о том, насколько твердо он чувствовал себя в качестве главы государства. В Рим император прибыл только летом 99 г., и одним из его первых мероприятий было наказание преторианцев, бунтовавших при Нерве.

Буржуазные историки-модернизаторы любят называть правление Траяна «просвещенным абсолютизмом». Подобная характеристика, будучи неверной по существу, правильно, однако, подчеркивает два момента в политике Траяна: твердость и «благожелательность». Траян, при котором императорская власть достигла максимума устойчивости, действительно мог позволить себе роскошь быть «благожелательным». Самодержавный по существу характер своего правления он умел сочетать с терпимостью и внешней мягкостью. Поэтому титул «Наилучшего принцепса» (Optimus Princeps), которым наградил его сенат, не был только выражением сервилизма.

Хотя Траян и не брал на себя официального звания цензора, однако он, по примеру своих предшественников, продолжал обновление сената. Новых членов сенаторского сословия он стал назначать преимущественно из восточных, эллинизованных провинций. По этому же пути пошли его преемники, так что в течение II в. сенат стал действительно представлять интересы рабовладельцев не только Запада, но и Востока. Впрочем, одновременно с этим сенат все более терял свое реальное значение в системе управления, уступая его бюрократии.

Памятником административной деятельности Траяна является его переписка с Плинием Младшим в бытность последнего правителем Вифинии. Характерна заботливость императора о нуждах провинции. Но эта заботливость часто выражалась в мелочном и придирчивом контроле над провинциальной жизнью. Наместник провинции (не говоря уже о местном самоуправлении) был совершенно лишен инициативы. Плиний без согласия Траяна не мог разрешить, например, жителям г. Прусы построить баню, создать в г. Никомедии пожарную дружину и проч. По поводу дружины император высказал опасение, что под ее флагом может быть создана какая-нибудь организация, опасная для общественного порядка, и на этом основании не дал согласия на ее устройство.

Переписка Плиния с Траяном содержит интересное указание на распространение христианства в начале II в., указание тем более ценное, что переписка не вызывает сомнений в ее подлинности. Плиний спрашивает императора, что ему делать в тех случаях, когда к нему поступают доносы на христиан. Траян отвечает, что анонимным доносам верить не следует, однако если принадлежность к христианству будет доказана, достаточно простого отречения. Только в случае отказа отречься от новой религии необходимо прибегать к наказанию.

Отсюда можно сделать следующие выводы. Во-первых, в начале II в. христианство в восточных провинциях империи получило довольно широкое распространение и, по-видимому, уже отделилось от иудейства. Во-вторых, христианство признается враждебным официальной римской религии. В-третьих, Траян относится к нему сравнительно терпимо, и ни о каких систематических и массовых преследованиях христиан нет речи. Здесь опять проявляются общие либеральные тенденции императоров эпохи стабилизации.

Система государственной благотворительности при Траяне достигает полного развития. Эпиграфические памятники говорят о местных фондах, созданных средствами фиска или благодаря взносам частных лиц. Дети из бедных семей и сироты получали ежемесячные пособия: мальчики 16 сестерциев, девочки — 12. Непосредственное заведывание всей системой принадлежало местным муниципальным властям, но под контролем центрального правительства.[440] В Риме 5 тыс. нуждающихся детей были включены в число лиц, получающих бесплатную раздачу хлеба от правительства. К раздаче хлеба в столице Траян прибавил еще дополнительные раздачи вина и масла. Такая же система бесплатных раздач практиковалась на местах на средства муниципалитетов и частных благотворителей.

Для поднятия италийского сельского хозяйства правительство Траяна не ограничилось организацией дешевого кредита из алиментарного фонда. Император издал распоряжение, чтобы каждый сенатор не меньше 1/3 своего состояния употребил на покупку земли в Италии. Эта мера преследовала троякую цель: привязать к Италии новых сенаторов из провинций; привлечь новые денежные средства в сельское хозяйство и таким путем облегчить введение улучшенных способов обработки земли; дать возможность нуждающимся землевладельцам Италии продавать свою недвижимость по дорогой цене и покупать более дешевую землю в провинциях.

Мы не знаем, привела ли эта мера Траяна к ожидаемым результатам. Но один результат, хотя и не предусмотренный законодателем, во всяком случае оказался налицо: аграрный закон Траяна, подобно аналогичной мере Тиберия, ускорил концентрацию земельной собственности в Италии и углубил тот самый аграрный кризис, с которым он должен был бороться.

В своей внешней политике Траян отступил от традиций ранней империи и пытался воскресить завоевательные тенденции республики. Если некоторые из его войн носили «превентивный» характер и имели целью лучшее обеспечение границ, то в целом (да и по существу) его внешняя политика была завоевательной.

В 101 г. Траян начал войну с даками. Формально это была наиболее "превентивная" из его войн. Дакийский племенной союз представлял несомненную угрозу для дунайской границы. Децебал был серьезным противником: война с ним Домициана не принесла большой славы римскому оружию.

Военные операции в Дакии должны были представлять для римлян большие трудности из-за характера местности и храбрости ее защитников. Поэтому Траян, прежде чем начать войну, провел крупные подготовительные работы на дунайской границе. Вторжение в Дакию было произведено большими силами по нескольким операционным направлениям. Однако первый год войны не дал Траяну решительного успеха.

В 102 г. операции возобновились. Римские войска, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, со всех сторон подошли к столице Децебала Сармизегетузе (развалины ее находятся близ современного местечка Варгели). После того как Децебал был разбит под ее стенами, он вынужден был заключить мир. Децебал формально сохранил независимость, но должен был разрушить часть своих крепостей, а в другие принять римские гарнизоны. Для контроля над Дакией римляне построили через Дунай большой каменный мост. Траян отпраздновал триумф и принял титул «Дакийского».

Но мир продолжался недолго. Децебал втайне начал подготовку к новой войне. В 105 г. он осадил римские гарнизоны, часть их уничтожил и вторгся в Мезию. Это послужило для Траяна удобным поводом покончить с даками. Он двинул против Децебала 12 легионов (около 120 тыс. человек). После двух кампаний война завершилась новой битвой под Сармизегетузой и осадой города. Децебал в отчаянии покончил жизнь самоубийством, после чего сопротивление даков прекратилось (106 г.). Многие из них были перебиты или уведены в рабство, часть выселилась. Дакия была обращена в провинцию и заселена ветеранами и колонистами из Малой Азии и придунайских областей.[441]

Сцены из дакийской войны изображены на рельефах победной колонны Траяна, воздвигнутой им на новом форуме между Капитолием и Квириналом. Эти изображения, сохранившиеся до наших дней, являются ценнейшим историческим источником.

Завоевание Дакии усилило римскую экспансию на Черном море. В сферу римского влияния попадает северное побережье Понта. Продолжая политику своих предшественников, Траян снова укрепил верховную власть Рима над Боспорским царством. Усилено было политическое влияние на иберов.

Траян окончательно перенес центр тяжести римской внешней политики с Запада на Восток.[442] Это было вполне закономерно. На Западе империя дошла до своих естественных границ — Атлантического океана, в то время как на Востоке лежали огромные богатые области старой культуры, еще не подчиненные Риму. И если Траян решил встать на путь завоеваний, то этот путь мог проходить только через Азию.

[432] Строго говоря, Антонинами являлись только три последних императора.

[433] Коммод был родным сыном М. Аврелия.

[434] Траян родился в 53 г.

[435] Alimentum — пища.

[436] Еще до него некоторые богатые лица применяли эту систему в отдельных местностях. Заслугой Нервы является то, что он придал ей общегосударственный характер.

[437] Это, кажется, последний случай законодательной деятельности народного собрания при империи.

[438] По-видимому, кураторов общин, т. е. контролеров по хозяйственным делам, стал впервые назначать Траян.

[439] Его официальное имя — Император Цезарь Нерва Траян Август. Позднее были прибавлены два почетных титула: Germanicus и Dacicus.

[440] Адриан создал для этого должность «начальника над алиментами» (praefectus alimentorum).

[441] Сармизегетуза была переименована в Colonia Ulpia Traiana Augusta, ставшую главным городом провинции.

[442] Его предшественником в этом отношении был еще Нерон.