История Рима: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Литературная деятельность Овидия делится на три периода. К первому относятся эротические произведения: сборник любовных элегий в 3-х книгах[383] под названием «Песни о любви» («Amores»); «Героини» — любовные письма мифических героинь к их возлюбленным; «дидактическая» поэма «Наука о любви» (в 3-х книгах), и в качестве «противоядия» к ней — небольшая поэма «Лекарства от любви».

Все эти произведения типичны и для поэта и для его эпохи. Эротическое содержание, переходящее иногда в откровенную порнографию, облеченное в мастерскую форму, обеспечило им широкое распространение в римском обществе.

С годами поэт становился серьезнее. К тому же император был крайне недоволен легкомысленным направлением Овидия. Все это заставило поэта перейти к более серьезной тематике. Последние годы перед своей ссылкой он был занят работой над «Фастами» («Календарем») и «Превращениями». В первом произведении Овидий хотел в поэтической форме описать все римские праздники и их происхождение. Поэма должна была состоять по числу месяцев из 12-ти книг, но Овидий успел написать только первые 6 книг (до июня включительно).

«Превращения» («Метаморфозы») являются лучшим произведением Овидия. В поэме, состоящей из 15 книг, описываются мифические случаи превращений людей в растения, в животных и в неодушевленные предметы. Поэма начинается с возникновения вещей из первозданного хаоса и заканчивается официальной легендой о превращении Юлия Цезаря в звезду. Богатство образов, неистощимая изобретательность поэта, остроумие, яркий язык, иногда переходящий в риторичность, обеспечили «Метаморфозам» громкую славу еще при жизни Овидия. Сын солнца Фаэтон, упросивший отца доверить ему управление огненной колесницей и по неопытности чуть было не сжегший землю; трогательная супружеская чета Филемона и Бавкиды; Пигмалион, влюбившийся в изваянную им из слоновой кости прекрасную статую женщины; Дедал и Икар, первые люди, поднявшиеся в воздух на изготовленных ими крыльях, — все эти образы «Превращений» и много других вошли в мировую литературу и искусство. «Превращения» не были окончательно отделаны поэтом, когда над ним разразилась катастрофа. Овидий в отчаянии сжег рукопись, и текст «Метаморфоз» был восстановлен по спискам, ходившим по рукам в Риме.

В 8 г. н. э. Овидий был выслан по приказанию Августа в укрепленный городок Томы (теперь Констанца) на берегу Черного моря. Причины его ссылки до сих пор остаются неизвестными. По некоторым намекам самого Овидия можно предположить, что он каким-то образом оказался замешанным в одну из бесчисленных любовных историй Юлии, внучки императора.[384] Август и раньше терпеть не мог поэта и воспользовался случаем, чтобы окончательно отделаться от него. Все мольбы поэта из ссылки и хлопоты его жены и влиятельных друзей остались безрезультатными: ни Август, ни его преемник Тиберий не простили Овидия, и он умер в Томах в 17 г. н. э.

Ссылка в далекую варварскую периферию античного мира разбила жизнь Овидия, однако и там он остался поэтом. Им написаны в Томах два сборника стихов: «Печальные песни» («Tristia») в 5-ти книгах и «Письма с Понта» в 4-х книгах. Хотя в этих сборниках чувствуется, что талант поэта надломлен, хотя в них много униженных и жалких просьб, обращенных к императору и друзьям поэта, однако отдельные части их представляют большую художественную ценность. Таков рассказ о последней ночи поэта, проведенной им в Риме, описание морской бури, застигшей его в пути, яркие картины суровой, с точки зрения италика, природы, окружавшей место его ссылки.

Историография

Самым крупным историком эпохи Августа был Тит Ливий, о котором мы говорили выше.

Из менее крупных историков этой эпохи нужно отметить Помпея Трога. Родом он был галл из Нарбонской Галлии. Трог написал всемирную историю историю в 44 книгах, в центре которой стояла история Македонии, поэтому и все произведение называлось «Филипповы истории» («Historiae Philippicae»). Интересно, что в некоторых местах у Трога выступает отрицательное отношение к римлянам. Его произведение до нас не дошло. Сохранились только краткие перечни содержания ко всем книгам и сжатый пересказ всего произведения, написанный ритором II в. Марком Юнионом Юстином.

Крупные деятели Августова века — Агриппа, Меценат, Мессала — оставили после себя мемуары, к сожалению, до нас не дошедшие. Мемуары писал и сам император Август.

Наука

Наука сохраняет тот эмпирическо-описательный и прикладной характер, который мы отмечали, говоря о римской науке эпохи гражданских войн. Новой чертой времени Августа является интерес к техническим проблемам, вызванный интенсивным строительством и ростом техники вообще. Самым крупным выражением этого интереса служит знаменитый труд архитектора Марка Витрувия Поллиона «Об архитектуре» в 10 книгах.

Содержание труда Витрувия шире его заглавия, так как книга посвящена не только архитектуре в собственном смысле слова (книги 1—7), но и прикладной механике. Так, Витрувий дает описание подъемных механизмов (полиспастов), приборов для поднятия воды (тимпанов), для измерения расстояния, пройденного экипажем (тип современного таксометра) и др.

Из других отраслей знания для эпохи завершения мировой римской державы характерно развитие географии. Зять и сподвижник Августа, прославленный полководец Марк Випсаний Агриппа (63—12 гг. до н. э.) составил большую географическую карту всего известного тогда мира.

Уроженец Понта, грек Страбон (66 г. до н. э. — 24 г. н. э.) написал на греческом языке, в значительной степени на основе собственных наблюдений, «Географию» в 17 книгах. Она дошла до нас почти полностью и служит одним из главных источников наших знаний о географических представлениях древности.

Продолжателем римской антикварной традиции был Марк Веррий Флакк.

ГЛАВА IV

ПРАВЛЕНИЕ ДОМА ЮЛИЕВ — КЛАВДИЕВ

Вопрос о наследовании

Юридически все полномочия Августа кончались с его смертью, так как они носили личный характер. Естественно, что император это предвидел и заранее стал подготовлять себе преемника. Это была длинная и запутанная история. Родных сыновей у Августа не было. Поэтому, когда в 23 г. принцепс тяжело заболел и находился при смерти, он передал свое кольцо с печатью самому близкому к себе человеку, полководцу Агриппе. Юлия тогда была еще не замужем, а пасынки императора, Друз и Тиберий, были слишком молоды. По выздоровлении Август пожаловал Агриппе проконсульский империй над всеми императорскими провинциями, что, по-видимому, должно было означать, что он готовил его себе в наследники. Однако очень скоро император изменил свои планы. Он выдал Юлию за Клавдия Марцелла, сына своей сестры Октавии, и наметил его своим преемником. Но Марцелл вскоре умер. Агриппа снова выступил на передний план. В 21 г. Август женил его на овдовевшей Юлии и через некоторое время даровал высший империй над сенаторскими провинциями и трибунскую власть. Таким образом, Агриппа фактически стал соправителем Августа. Два его старших сына от Юлии были усыновлены императором под именами Гая и Люция Цезарей. Теперь, казалось, с престолонаследием все обстояло благополучно.

Однако смерть Агриппы в 12 г. до н. э. все разрушила. Его сыновья были еще молоды. Тогда Август начал подготовлять себе в преемники своих пасынков Тиберия и Друза. В 11 г. он заставил Тиберия развестись с его женой Випсанией Агриппиной, которую тот горячо любил, и женил его на вдове Агриппы, развратной Юлии. В то же самое время за Друза Август выдал свою племянницу Антонию, дочь Марка Антония и Октавии. Друз умер в 9 г. до н. э., и Тиберий остался единственным кандидатом в наследники. Пожалование ему трибунской власти (6 г. до н. э.), казалось, окончательно закрепило его положение.

Но скандальное поведение Юлии сделало семейную жизнь Тиберия совершенно невозможной. К тому же Август, не любивший своего пасынка, стал выказывать явные знаки милости внукам Гаю и Люцию. Поэтому Тиберий в том же самом году, когда он получил трибунскую власть, уехал на Родос, где и оставался в течение 7 лет, совершенно порвав с императорской семьей. Только во 2 г. н. э. он получил от Августа разрешение вернуться в Рим, но продолжал оставаться не у дел.[385] Тем временем Люций Цезарь умер (2 г. н. э.), а два года спустя умер и его брат. Из всего мужского потомства Агриппы и Юлии остался в живых только сын Агриппа Постум. Но он отличался таким бешеным характером, что абсолютно не подходил в наследники, и Август вынужден был сослать и его на небольшой островок Планазию около Эльбы, где Постум впоследствии был убит.

Итак, волей судьбы, Тиберий фактически оказался единственным кандидатом. После смерти Гая Цезаря Август был вынужден усыновить Тиберия,[386] а в 13 г. н. э., чувствуя близость конца, облек его проконсульским империем. Поэтому, когда Август умер, все смотрели на Тиберия как на законного преемника его власти, тем более, что в завещании покойного императора Тиберий был назначен главным наследником.

Тиберий

Время правления четырех преемников Августа — Тиберия, Калигулы, Клавдия и Нерона (14—68 гг.), принадлежавших к двум родам, Юлиев и Клавдиев, — мы называем «эпохой террористического режима». Это название можно мотивировать тем, что все четыре императора (в меньшей степени Клавдий) прибегали в управлении к методам открытого и систематического насилия по отношению к представителям аристократической (в меньшей степени демократической) оппозиции. Такая система террора в конечном счете была порождена слабостью социальной базы династии Юлиев — Клавдиев. Если империя при Августе в течение 44 лет могла пользоваться полным гражданским миром, то это объясняется разгромом и истощением всех революционно-демократических сил и психологией депрессии, охватившей римское общество. Широкой социальной опоры у военной диктатуры, в сущности, не было, если не считать таковой профессиональную армию и отдельные немногочисленные группы италийского населения.

Однако за 44 года единоличного правления Августа общество оправилось от ужасов гражданских войн. Участники и свидетели их в огромном большинстве умерли, а молодое поколение их вообще не знало. Республиканские традиции были еще очень сильны в Риме, и недаром Август придал своей диктатуре республиканские формы, но эти формы никого не могли обмануть. Поэтому, если при Августе республиканская оппозиция проявлялась весьма умеренно, то при его преемниках она значительно окрепла.

К этому нужно прибавить еще одно обстоятельство. Наследники Августа были воспитаны в придворной обстановке и в монархическом духе. Им не было дела до «демократического» происхождения власти римских императоров, до того, что она выросла из революции. Август это помнил и вел себя осторожно. Но его преемники считали себя настоящими монархами, получившими власть по наследству.

Таким образом, императоры из династии Юлиев — Клавдиев очутились лицом к лицу с окрепшей республиканской оппозицией, идущей, главным образом, из рядов старой аристократии. Последняя, когда-то уступившая власть военным диктаторам из чувства самосохранения, теперь хотела бы получить ее обратно. Но как могли преемники Августа бороться с оппозицией, гнездившейся среди их непосредственного окружения? Только методами индивидуального террора. При узости социальной базы ранней империи эта система борьбы неизбежно вырождалась в систему кровавого насилия, при которой сами организаторы ее теряли психическое равновесие.

Для первого преемника Августа, открывшего собой эпоху террористического режима, существовали еще особые обстоятельства. Тиберий Клавдий Нерон, при воцарении принявший имя Тиберия Цезаря Августа, был пасынком Августа, сыном его жены Ливии от первого брака. Когда Август умер, Тиберию исполнилось 55 лет. Несчастная семейная жизнь и долгое неопределенное положение при дворе Августа, когда никто не знал (и меньше всего сам Тиберий), станет ли он во главе государства или нет, развили в нем мрачность, подозрительность и умение лицемерить. По природе он был человеком нерешительным. Вместе с тем Тиберий обладал умом, большими военными и административными способностями, высоко развитым чувством долга. Эта двойственность в его характере вместе с той сложной обстановкой, которую он застал в Риме в момент своего воцарения, объясняют всю противоречивость его политики.

Эта противоречивость обнаружилась уже в первые моменты после смерти Августа. С одной стороны, Тиберий, опираясь на свой проконсульский империй и трибунскую власть, сейчас же отдал приказ по преторианским когортам, привел к присяге население империи и созвал сенат. С другой стороны, он разыграл в сенате комедию, отказываясь от власти, и уступил только после долгих уговоров. Сенат вотировал ему все прерогативы Августа. Кроме свойственного Тиберию лицемерия, у него был здесь еще сознательный политический расчет. В императорской семье он был человеком новым, пришедшим туда извне. Гораздо большей популярностью в Риме пользовался его племянник Германик, находившийся в этот момент на германской границе. Заставив сенат упрашивать себя, Тиберий тем самым как бы снимал с себя обвинение в узурпации власти.

Непрочность империи и, в частности, власти самого Тиберия выразилась в первые же месяцы его царствования в восстании трех паннонских и четырех германских легионов. Солдаты были недовольны задержкой жалованья и тем, что их оставляли на службе сверх срока. Поводом к восстанию послужило провозглашение императором нелюбимого Тиберия. Солдаты германских легионов даже требовали от посланного к ним для переговоров Германика, чтобы он принял императорскую власть. Однако лояльный Германик с риском для жизни отказался. В Паннонию для усмирения восстания Тиберий послал своего сына Друза. И тут и там пришлось пойти на уступки: задолженность солдатам была погашена уплатой двойной суммы долга; отслужившие свой срок получили отставку; солдатам было дано обещание не посылать их на тяжелые работы.

[383] В первой редакции сборник состоял из 5 книг. Но затем поэт сократил его до 3 книг.

[384] Она была выслана из Рима почти одновременно с Овидием (в 7 г. н. в.).

[385] Юлия во 2 г до н. э была выслана Августом на о Пандатерню близ Неаполя.

[386] Под условием, что тот усыновит своего племянника Германика.