Оттенки серого: читать начало книги онлайн

– Похоже, ты прав. Как там Ржавый Холм?

– Чудесно.

Я рассказал обо всем, что случилось со мной за двадцать восемь минут пребывания там: масса мертвецов, разрушающийся город, Караваджо, цветогидрант, энэсцешник. Я опустил лишь то, что касалось Джейн, Зейна и призрака, но это все равно не интересовало Томмо.

– А мои ботинки девятого размера?

– Вот. – Я протянул ему бумажный пакет с обувью, снятой с мертвого префекта. – Извини, я вовремя не заметил, как они воняют.

– Ага, вижу. – Томмо сморщился и достал скрюченный палец, приставший к стельке. – А ты не мог взять другие, из прихожей?

– Это воровство.

Он перегнулся через стол и швырнул палец в кувшин с водой.

– Знаешь, Эдди, ты слегка двинутый.

К столу подсаживались другие красные, вежливо кивая, когда им представляли меня. Я не знал никого, но они достаточно знали обо мне. Я бы хотел, конечно, чтобы обо мне говорили: «вот парень, который привез Караваджо», или «это дальний родственник цветчика», или хотя бы «он видел последнего кролика». Но нет – я был тем, кто рискнул своей шкурой ради желтого, да к тому же оказался «настолько глуп, что его чуть не сожрало ятевео».

– Кто это? – спросил я Томмо, когда в зал вошла женщина сурового вида.

– Госпожа де Мальва. Если сказать, что она призрак в человеческом облике, это будет несправедливо по отношению ко всем призракам. Она не входит в Совет, но очень влиятельна. Но пусть ее вид тебя не обманывает – она родилась темно-синей и стала лиловой лишь после замужества. Мерзкое создание, которое идет следом, – ее дочь, Виолетта де Мальва. Страшная скандалистка и, как поговаривают, будущий главный префект. Лучше не попадаться ей на глаза.

Но поздно: Виолетта заметила, что мы с Томмо переговариваемся, и поспешила к нашему столу намеренно детской походкой. Прическа – два хвостика – делала ее моложе своих лет. Виолетту нельзя было назвать некрасивой, но ее портил нос – слишком вздернутый и слишком маленький. Как и Кортленд, сын желтого префекта, она носила множество значков, говоривших об отличиях.

– Ты, должно быть, младший Бурый, – сказала она чуть ли не обвинительным тоном, покосившись на мои значки. – Тебе прописано смирение?

– По решению моего Совета.

– Тысяча баллов? – спросила она, имея в виду лучшую половину моей коллекции значков.

– Как видите.

– Что, Виолетта, – вмешался Томмо, – много задушила пушистых лесных зверьков?

Она холодно поглядела на него и опять обратилась ко мне, садясь между нами с нежной улыбкой, так что нам с Томмо пришлось подвинуться:

– Я Виолетта. Виолетта де Мальва. Если тебе сильно повезет, ты станешь моим другом. У меня очень много друзей – некоторые говорят, ни у кого в городе нет столько.

– Очень рад за вас, – ответил я.

– Прелестно! Теперь посмотрим… – Она достала записную книжку из кармана передника и стала листать. – У меня исчерпан лимит друзей, надо кого-то вычеркнуть, чтобы вписать тебя. Ага: Элизабет Золотти.

Виолетта зачеркнула ее имя и вписала сверху мое. Вообще-то, я не соглашался стать ее другом, а она и не подумала спросить. Пурпурные, как правило, вели себя именно так.

– Готово! – провозгласила она. – Элизабет все время что-то вынюхивает, к тому же она косолапая и не отличит лютика от гвоздики. А правда, что ты играешь на виолончели?

– Только на трех струнах. Четвертую начну осваивать этим летом.

– Прекрасно! Ты будешь играть в оркестре. Мы собираемся ставить «Редсайдскую историю». Я играть не смогу – у меня главная роль. Придется изображать зеленую, но мы, прирожденные трагики, не боимся показаться смешными. – Она нахмурилась и пристально посмотрела на меня. – Ты ведь не считаешь, что я буду выглядеть смешно?

– Нисколько. Я однажды играл Натана в «Серых и куклах».

– Как это ужасно, – засмеялась она. – Ты, верно, чувствовал себя полным идиотом. Теперь вот что: сколько красного ты видишь?

Этого вопроса следовало ожидать: если старшая де Мальва была синей от рождения, то Виолетта располагалась на синем конце пурпурной части спектра. Чтобы лиловые удержались на вершине социальной лестницы, Виолетте требовался муж покраснее – тогда их дети оказались бы в центре этой части.

– Скажи, что мало, – просвистел Томмо неслышным шепотом.