— Это. — Налани взяла пульт, и экран ожил, показывая название фильма, о котором я никогда не слышала, но на нем была изображена обнимающаяся пара. — Романтическая комедия.
Я поперхнулась. Серьезно? Придя в себя, я сказала: — Я думала, вам двоим больше нравятся боевики.
— Черт возьми, нет, — сказала Айя. — Мы имеем дело с этим дерьмом в реальной жизни. Теперь найти идеального парня — это гребаная загадка.
Позади нас раздался визг. — Мне нравится этот фильм!
— Ах, черт, кто пригласил ребенка? — Айя застонала. Налани вздохнула и отправила пиццу в рот.
Я оглянулась через плечо, чтобы найти ребенка. Вернее, девушку лет пятнадцати с полуночно-черными волосами, обрамляющими бледное лицо, и огромной улыбкой. Клыки явно выдавали, каким сверхъестественным существом она была. Девушка подскочила к дивану и протиснулась локтями между Айей и Налани, которые запротестовали против вторжения.
Затем она наклонилась над лисой-перевертышем и помахала рукой. — Я Аналисса Торн.
— Эмма Грейвс. — Я помахала в ответ.
— Я знаю, — сказала она, подмигнув. — Ты здесь как знаменитость.
Я сдержала стон. Напоминание о том, что все они рассчитывали на меня в снятии их проклятия, заставило мой желудок сжаться.
— Не приставай к ней, — сказала Налани. — Девочка пытается расслабиться. А теперь заткнись и смотри фильм или убирайся.
Аналисса одарила меня клыкастой улыбкой, затем вытащила подушку из-за спины Айи и прижала ее к груди. Напористая.
— Гребаное отродье, — пробормотала Айя, приходя в себя. — Я собираюсь сказать Джейсу, что ты здесь создаешь проблемы. И нет, ты не можешь пить мое пиво! — Она выхватила бутылку у подростка.
— Джейс? — Я спросила Налани. Какое отношение дворецкий имел к этой девушке?
— Он ее дядя. — Она толкнула Аналиссу локтем. — С этой маленькой пятнадцатилетней соплячкой…
— Мне шестнадцать.
— …разбирается он сам. Большую часть времени.
— Понятно. — Я взглянула на девушку-вампира, когда Налани начала проигрывать фильм. Если она жила со своим дядей, то, вероятно, была сиротой, как и я. Как и многие из нас здесь. Но шестнадцать? Черт, как же она была молода, чтобы вести такой образ жизни.
Сосредоточившись на фильме, я доела пиццу и выпила пару кружек пива. Мы все смеялись над забавными моментами и бросали попкорн в экран, когда герой вел себя как мудак. К концу мы все свернулись калачиком в наших индивидуальных одеяльных коконах, за исключением Аналиссы, которая закинула ноги на колени Налани, а спину положила на плечо Айи.
Они казались довольными — нормальными. Девчонки тусовались и наслаждались простым весельем. Я скучала по этому чувству. Я едва могла вспомнить, когда в последний раз испытывала его. Может быть, в колледже? Мы с Клэр тусовались вот так вместе. Мы с Орионом тоже проводили время по вечерам, но это было по-другому. Младшие братья — это не то же самое, что подруги.
Ностальгические воспоминания внезапно сменились грустью и потерей. Затем пришел гнев. «5-й Круг» забрал это у меня давным-давно. Они забрали Клэр, Ориона и мой шанс на нормальное будущее. Я оглянулась и увидела, что Айя смотрит на меня, ее нос подергивается.
— Мы все испытываем этот гнев по той или иной причине, — сказала она. Я поверила ей. Никто не становился частью преступного синдиката, потому что хотел стать гангстером, когда вырастет. Это не было детской мечтой.
Заинтересовавшись, я спросила: — И какова же твоя причина?
Она пренебрежительно махнула рукой, но все равно ответила на вопрос. — Альфа моей стаи думал, что сможет использовать меня и бросить ради следующей сучки. Я уточнила его предположение.
— Тебя выгнали?
Она невесело рассмеялась. — Можно и так сказать. Я убедилась, что он никогда больше не будет охотиться на девочек-оборотней. После этого я сбежала. Я была волком-одиночкой, не слишком преуспевающей, когда Лукас нашел меня. Я имею в виду лорда Айвза. — Она растягивая слова произнесла его фамилию.
Что-то внутри меня сжалось. Она запала на Лукаса? Ревность вспыхнула у меня внутри. Низкое, смертельное рычание разорвало воздух, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что звук исходит от меня. Я оборвала его.
Айя изучала меня, но ничего не сказала. Молчание затянулось. Воздух стал тяжелым и неловким.
— Мой отец придурок. — Аналисса сняла напряжение. Мое внимание переключилось на нее. — Этот ублюдок пытался продать меня. Ты можешь в это поверить? Джейс узнал и забрал меня.
— Это… ужасно, — сказала я. Что за отец мог так поступить?