Наше внутреннейшее является исходною точкою как нашей положительной деятельности, так и нашей брани со страстями. Сознание и произволение, переходя на сторону добра с возлюблением его, поражает ненавистью всякое зло и всю страстность, и притом именно свою. В этом собственно и состоит переход, перелом. Этим однако же не утверждается, будто вся сила победы от нас, а показывается только исходище. Точка опоры для брани есть наш восстановленный дух; сила же победительная и разрушительная для страстей есть благодать… Борющийся с воплем повергает себя Богу, жалуясь на врагов и ненавидя их, и Бог в нем и через него прогоняет их и поражает. Дерзайте, говорит Господь, яко Аз победах мир (Ин. 16, 33). Вся могу о укрепляющем мя Христе, исповедует апостол (Флп. 4, 13).
Человек весь страстен до обращения. По обращении дух, исполнясь ревности, является чистым. Душа же и тело остаются страстными. Когда начнется их очищение и врачевание, они упорствуют и восстают за свою жизнь на гонящий их дух. Эти восстания совершаются более чрез телесные и душевные силы и поражают дух, поколику им усвояются эти силы. Но бывают движения, прямо устремленные на дух.
Епископ Феофан следующим образом перечисляет страсти, восстающие на подвижника: 1) В теле: источное их начало — плотоугодие, или упокоение плоти. Где это есть, там есть похоть блудная, Чревоугодие, сластолюбие, леность, изнеженность, блуждание чувств, говорливость, рассеянность, непоседность, вольность во всем, смехотворство, празднословие, сонливость, жажда приятного и всякого рода творения угодия плоти в похоти. 2) В душе: а) в умственной части — своеумие, вера в свой только ум, прекословие, восстание на ум Божий, сомнение, дмение и кичение, пытливость, расхищение ума, блуждание помыслов; б) в части желательной — своеволие, непокорливость, властолюбие, жестокость, самонадеянность, себеприсвоение, неблагодарность, любообладание, лихоимание: в) в части чувствующей — потрясающие покой и мир сердца страсти: гнев, зависть, ненависть, злоба, месть, осуждение, презорство, славолюбие, тщеславие, гордость, тоска, печаль, скорби, уныние, страхи, надежды, ожидания.
Все это — в душе и теле. Но и дух, оживший, или, лучше, оживающий, не свободен от приражений, которые тем опаснее, что касаются исходища жизни и нередко бывают незамечаемы по своей тонкости и глубине. И здесь, так же, как в душе и теле, против всего состава духовной жизни внутренней есть противный ряд движений и состояний, отгоняющий и заслоняющий его. Так, часто бывает, вместо внутрь-пребывания и собранности — извержение из себя, исход в чувство; вместо трех актов внутрь-пребывания: внимания, бодренности и трезвения — расхищение ума, внутреннее смятение, суета, ослаба, льгота, опущение себя, вольность, дерзость, плен, пристрастие, уязвление сердца, вместо познания духовного мира — забвение Бога, смерти, Суда, всего духовного.
Как главное в духе — сознание, зиждемое внутрь-пребыванием, то, когда оно падает, падает и жизнедеятельность. От этого восстает вместо страха Божия и чувства зависимости от Него бесстрашие, вместо избрания и дорожения духовным — равнодушие к нему, вместо отрешения от всего — себя упокоение (что себя нудить!), вместо познания греховности — стояние в прелести и мнении, вместо покаянных чувств — нечувствие, окаменение сердца, вместо веры в Господа — самооправдание, вместо ревности — охлаждение, вялость, невозбуждение и вместо преданности Богу — самоделание…..
Вот — полчища каждоминутно готовых погасить нашу новую жизнь восстаний греха. Человек ходит по земле существа своего, как по трясине, готовый в каждое мгновение провалиться.
Все сии неправые движения (внутри человека) не так были бы свирепы, если бы не воспомоществуемы были соседствующими им родителями их — миром и бесами.
Мир есть осуществленный мир страстей, или ходящие страсти в лицах, обычаях, делах. Прикасаясь к нему какою-нибудь частью, нельзя не растревожить и соответственной в себе раны, или страсти, по сходству их и подобному настроению. И бесы, как источники всякого зла, своими полчищами всюду окружая людей, научают их на самый грех, действуя через плоть, особенно чувства, и ту стихию, в коей душа и самые бесы. Потому-то всякую страсть и всякое восстание греховное можно относить к ним, как к причине. Но есть нечто в греховном круге, что бесы только одни и могут навеять, к чему, при всей порче, естество представляется неспособным: так, помыслы хульные сомнения, неверия, необыкновенного отвращения, омрачение, разного рода прелести и, вообще, искушения страстные, дмящиеся — неукротимая блудная страсть, досмертная и упорная ненависть и проч. Кроме сих невидимых борений от бесов, есть нападения от них видимые, осязаемые: разного рода привидения, простирающиеся даже до власти их над телом.
Вот все, восстающее на нового человека внутри и вне».
Я перечислил вам многообразные виды брани от страстей и бесов, постигающие человека.
Сейчас не время указывать вам правила брани. Вы их найдете в книгах еп. Феофана — «Путь к спасению», «Невидимая брань» и др. Но главное условие успешности брани вам известно. Это внутрь- пребывание с молитвою ко Христу в сердце, отчего рождается горение духа и ревность по Богу. Раскрытию этой истины были посвящены все наши беседы. Кратко я повторил сказанное там в настоящей, последней нашей беседе. Еще короче главную мысль наших бесед можно выразить словами блаженного Филофея, игумена Синайского: «С утра мужественно и неотступно стань у дверей сердца с крепкою памятью о Боге и непрестанною в душе Иисус-Христовою молитвою и сею мысленною стражею посекай главы сильных и брань воздвигающих помыслов». Вот вам и все мое напутственное наставление. Держитесь его крепко, и Господь вас не оставит! Грядите с миром!
Конец
Да хвалится со многою славою Бог, всех Создатель!