Время, назад! Маришка и Егор Адаменковы. СССР времен Л.И. Брежнева Юмористически-мелодраматическая повесть.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У него уже не было друзей. Даже те, с кем он начинал уже стали подчиненными и имел свои интересы. Свои кланы. Свои силы.

Американцы, узнав о его нежелании воевать, вмиг бы развязали войну, и она бы шла по земле его родной Малороссии, нынешней Украины.

Он не делил для себя эти страны. Не зря в анкетах он писал разное. В ранних «украинец», в более поздних – «русский». Он и сам не знал, как правильно.

Потому что не видел разницы в этих народах.

Он не видел разницы в себе и не мог прочертить эту линию, которая бы его разделила. И язык, не выдуманный язык Западной Украины, а полурусский, полуособый язык огромной полоски суши вдоль Днепра он понимал и мог говорить на нем, как мог он говорить и на русском языке. И писать. И думать.

И сейчас глядя на Маришку, он вспоминал себя и свой народ тогда, в довоенной молодости и видел в ее глазах не страх, а задор и силу. Силу поколения не поротого. Силу поколения мечтающего. Он давно отвык от таких глаз. Может быть виновата была война. Может, что иное, но глаза у людей потускнели, как лампочки.

Освещавшая всю избу маленькая лампочка в тридцатых, сейчас не могла осветить и каморку. И огромные хрустальные люстры, дававшие свет на тысячи солнц, сейчас лишь не давали тьме сгуститься вокруг них.

Он это чувствовал и понимал, что единственные друзья его, быть может, кроме жены, это неизвестно откуда вошедшая в его жизнь и эта пара - Маришка и

Егор.

Маришка слушала Валентину Петровну об их отдыхе в Крыму. Как Леонид катался на лодке, какую рыбу ловил. Как на поезде ехал и думал заехать к ее родным. Как плавал и отдохнул.

Маришка слушала, пила чай, ела привезенный ей пирог, задавала вопросы и отвечала на них. За август они успели много. Наладили выпуск подгузников всех размеров и даже успели сделать линию подгузников для взрослых. Запустили линию, пока фасовки молочных смесей. Монтировали линию сборки колясок. Открыли уже более тысячи ресторанов «Желтый клоун». Егор с головой окунулся в тренировки и тренерскую работу. Он уже успел организовать более пятиста спортивных клубов и тренажеров «Юный ленинец», куда бесплатно могли ходить после школы ребята. Он сам ездил по подмосковным районам, по Люберцам, Солнцево и Замоскворечью. Говорил с ребятами, убеждал их идти к нему в клубы, а не в соседние подвалы. И у него получалось. Его энергия и ореол легенды – Чемпиона СССР делали свое дело. А еще деньги. Большие деньги из чемоданов, куда их клала Маришка. Они выкупили еще одну квартиру и складывали туда драгоценности, подарки, и деньги, которые машинами получала Маришка. Она вкладывала, их в дело, входя во множество ресторанов капиталом, но все равно их было у нее много. Очень много. И тот ручеек, который она вливала в клубы Егора, не мог осушить ее реку.

Она достала еще один подарок, вернее два. В издательстве вышли две книги. Одна Егора «Тренировки воли. Бокс. Партия. Страна». И вторая ее «Путь размышлений. Йога и Коммунизм». На обоих были дарственные надписи авторов. Брежнев их взял и решил почитать.

Наконец разговор зашел о теме ее приезда. Валентина Петровна, куда-то ушла. И Маришка спросила прямо в лоб: «Леонид Ильич, а зачем нам евреи?».

Брежнев удивился вопросу. Он не ставил его для себя его именно так. Что-то в вопросе было от окончательного вопроса, с вопрошателями которого он боролся и победил. Маришка поняла, что-то спросила очень уж прямо и добавила. «Давайте их отпустим, а?». Леонид Ильич замялся. Мотнул головой и сказал:

- Маришка, не юли. Расскажи свой план,- он уже привык, что после таких вопросов в стране появляются смеси, подгузники, коляски и рестораны. Сейчас, вопреки обыкновению, в стране должно было что-то убавиться.

Маришка начала свою речь прямо. Она сказала, что отсутствие торговли с Америкой губит экономику страны. Что квоты обмена евреев на зерно губительны, как для морального настроения в обществе, так и экономически. Что зерна в стране может быть много. Просто получать за него должны и крестьяне. Что на полях половина, до двух третей гибнет. Гибнет не от объективных причин, а от, она, хотела сказать, колхозного строя. Но Брежнев это и сам понял. А от незаинтересованности крестьян в результате труда. Брежнев это знал и сам. Но пока он не был готов спустить лавину, и он ждал продолжения слов.

Она продолжила. А если их отпустить. Что пострадает? Медицина – поставим студентов. Преподавание музыки. Она скривилась, вспомнив про богему.

Университеты, так сократим количество. Зачем нам столько инженеров, если мы не способны отработать технологии внедрения товара в производство. Писателей? Так есть и свои.

Брежнев понимал это и сам.

Но Маришка продолжила: «Если мы их выпустим. Израиль сам откажется их принимать. Волна людей узкого круга профессий накроет его и им будет не до войны. Они еще назад попросятся, - добавила она, - Да и американцы потеряют интерес».

Леонид Ильич уже слышал эти речи и сам не понимал, зачем держать людей в стране, в которой они не хотят жить. Но ему рассказывали о потере престижа, о потере репутации страны.

Но из Маришкиных уст, он понял, что слова ее и были тем снегом, который свалит лавину. К добру ли, к худу. Но свалит.

Хорошим аргументом для него станет и выплата, которую Маришка прислала всем акционерам. Все члены Политбюро получили серьезные суммы, их родственники и дети, все, кто был акционером.

Хотя им самим напрямую они были не нужны, но приятность денег не могла их не обрадовать. Ни один не отказался. Ни один не вернул. Лишь Суслов показательно перечислил их в фонд мира. Сын его, при этом взял.

Чай подходил к концу. Джульетта просыпалась и, положив в коляску ребенка, они втроем с Леонидом Ильичем и Валентиной Петровной, уже надевшими пальто прогулялись по осенней, чуть влажной дорожке дачного леса.

Глава 9 Политбюро. Еврейский вопрос и его решение. Пусть драпают.

Глава 9. Политбюро.

Еврейский вопрос и его решение.