– Я работала в тот вечер, – наконец молвила официантка.
Я перестала делать вид, будто потягивала коктейль.
– В тот вечер, когда пропала Элизабет?
– Да… Мы звали ее Бет. – Лиза порылась в кармане на фартуке и извлекла из него полароидный снимок, запечатлевший ее и рыжеволосую Бет в ресторане: обняв друг друга за плечи, девушки широко улыбались на фоне кухни.
– Она ходит в мою церковь, – сказала я, указав пальцем на Бет.
– Да. После работы мы должны были встретиться на вечеринке, которую устраивал один парень, вернувшийся из армии. Джерри его зовут.
– Джерри Тафт?
– Он самый, – удивленно посмотрела на меня Лиза. – Вы тоже были на той вечеринке?
– Нет, – мотнула головой я; Лиза была не из Пэнтауна, ей простительно было не знать, что мы все друг друга знали. Но и объяснять ей это было не к чему. – Бет не явилась на вечеринку?
Из проема служебного входа вынырнул повар в смятом фартуке; прядки его черных волос, зачесанных на лысину, заплясали на ветру.
– Пожаловала группа из восьми человек.
Лиза подняла только что раскуренную сигарету:
– Буду через пару секунд.
Повар округлил глаза и закрыл за собой дверь.
– Я Бет не видела, – выдохнула Лиза, сделав затяжку. – Мы с Карен – это наша старшая официантка, работавшая в ту смену со мной и Бет, – попали на вечеринку только в половине третьего утра. Все уже напились. Нам их было уже не догнать, так что мы там задержались не надолго, и Бет среди гостей не нашли.
Я пнула мыском камушек, размышляя, что это значило.
– Ты думаешь, к пропаже твоих подруг причастен тот же парень, который похитил Бет? – осторожно поинтересовалась Лиза.
Прищурившись, я окинула взглядом парковку.
– Полиция считает, что Морин покончила с собой.
Лиза фыркнула.
– Это в стиле наших полицейских. Три девушки пропали, они не могут найти двух и утверждают, что третья сама распрощалась с жизнью.
– Ты знакома с кем-то из полиции?
– Наш ресторан работает круглосуточно. Волей-неволей перезнакомишься со всеми.
Несколько секунд я обдумывала слова Лизы.
– А у Бет были постоянные клиенты? Может быть, кто-нибудь из них в ту смену вел себя странно?
Лиза вперила в меня изучающий взгляд.
– Копы задавали такие же вопросы. Бет пользовалась популярностью. Рыжеволосые красотки всем нравятся. Но двое парней проявляли к ней особый интерес. Один из них выглядел так, словно пробовался на роль в «Вестсайдской истории».
Мое сердце екнуло, сбилось с ритма, а потом заколотилось с удвоенной силой.
– Его звали Эд Годо?
– Я не знаю его имени. Такой невысокий, лет двадцати пяти, с зализанными назад черными волосами; он всегда ходил в кожаной куртке, даже когда было жарко, как в преисподней. Пил колу и глотал таблетки, как будто это была его работа. И ботинки носил на платформе.