— Лили. Черт. Возьми. Роден.
— Нико.
Она улыбается, как будто это обычное утро понедельника, и она не собирается садиться на мой рейс в Бразилию.
Я и в миллион лет не думал, что Лили возьмет меня с собой в путешествие этим летом.
Мало кто может меня удивить, но вот она, в свободных черных шортах и мешковатой толстовке, моргает, глядя на меня с невозмутимым лицом.
Она стоит в самолете через несколько пассажиров, ее волосы собраны в небрежный пучок. Спираль черных прядей падает вокруг ее лица.
— Тебе не хватило вчерашнего поцелуя?
Я избегаю выглядеть нетерпеливым.
Она делает еще один шаг ближе, и я проскальзываю между сиденьями и встаю в проходе перед ней.
Лили смотрит на меня. — Я собираюсь остановить тебя прямо здесь. Не говоря уже о поцелуе и никогда больше не целоваться.
— Тогда почему ты в этом самолете?
— Поверь мне, Нико, меня не так легко увлечь красивым поцелуем, чтобы я отдала всю свою жизнь, чтобы гоняться за ним.
Хорошо?
— Приятно — это не то слово, которое я бы использовал, чтобы описать нашу химию прошлой ночью.
Может быть, феноменальным, исключительным, незабываемым.
— Это один из способов описать это. — Я тащу ее ручную кладь в верхний отсек над нашими сиденьями. — Что у тебя здесь? Кирпичи?
— Мне нужно многое, чтобы моя кожа выглядела так, как она есть.
Лили движений к ее лицу.
— Должен ли я что-то делать со своей кожей?
— Вероятнее всего.
Я осторожно дотрагиваюсь до своей щеки. Хм.
Мы садимся на наши тесные сиденья, и Лили запихивает свою громадную сумку под среднее сиденье перед ней.
— Ты должен пообещать, что мы отправимся в эту поездку как друзья, — говорит она. — По большому счету, вчерашняя ночь была ошибкой по невнимательности. Я имею в виду, посмотри на себя и посмотри на меня. Мы всего лишь люди. Но мы также просто друзья.
Единственное, с чем я хочу дружить прямо сейчас, это ее губы, ее кожа и ее вкус.
Кроме того, слово «друзья» быстро становится моим наименее любимым словом. Именно эту чушь мой брат продолжал повторять прошлой ночью после того, как прервал наш поцелуй на скале.
Я подмигиваю ей. — Все, что тебе нужно, чтобы убедить себя.
— Я серьезно. Давай не будем тратить дружбу на быстрый секс.
Ее надоедливые, хотя и справедливые, очки портят мне настроение.
— В этом не было бы ничего быстрого, — огрызаюсь я.
— Нико.