Густые брови Луки сошлись вместе.
— Интересно.
Он выпутывается объятий Эйвери, затем идет к моему шкафу и рывком открывает дверь.
— Лука, — ругает его Эйвери. — Что ты делаешь?
— Проверка на мотыльков.
— Мотыльки? — Мой голос хрипит.
Эйвери смотрит на меня извиняющимся взглядом и уводит Луку от его поисков за занавеской душа.
— Твой брат взрослый. — Он не стал бы прятаться в душе или под кроватью, как какой-нибудь подросток. Он, наверное, уже в баре. Она обхватывает его руки, выводя его из комнаты. — Пойдем искать его.
Выходя из комнаты, Эйвери подмигивает и наклоняет голову к тумбочке. Под ним спрятана вчерашняя рубашка Нико.
Ну, по крайней мере, один секрет раскрыт.
Дверь со щелчком закрывается, и я подбегаю, чтобы запереть ее. Я оборачиваюсь, и Нико выползает из-под кровати, его фирменная яркая улыбка. Я хочу стереть это прямо с его великолепного лица.
— Она знает, — говорю я ему.
— Конечно, она знает. — Когда она обняла меня вчера, она сказала, цитирую: — Лили выглядит такой счастливой только после того, как провела выходные со своим вибратором.
— Эйвери сошла с ума. — Я вытираю тыльной стороной ладони о лоб. — А теперь вылезай в окно ванной. Готова поспорить жизнью, что Лука стоит прямо за дверью и ждет, когда ты уйдешь.
— Окно? — говорит Нико, натягивая боксеры и футболку.
— Радуйся, что это не собачья дверь.
Глава 34
Лили
Мы сидим за большим столом в ресторане курорта, между нами разбросан ассортимент десертов. Это похоже на прошлое лето, но почему-то все по-другому.
Блуждающие пальцы Нико касаются моей ладони под столом. При каждой возможности он украл маленькие штрихи. Больше нет смысла бороться с ним. Во всяком случае, я хочу, чтобы каждая его царапина осталась на моей коже. Может быть, тогда, когда лето истечет, мы и эти последние несколько месяцев почувствуем себя реальными, а не лихорадочным сном.
— Просто хочу, чтобы ты знал, что последние несколько минут вы играли в футси с моей правой ногой.
Низкий голос Луки обращен к Нико.
— Ой, мой плохой, просто немного нервничаю.
Он лжет и пытается игнорировать мою ужасную попытку скрыть смех.
Лука вздыхает, по-видимому, не в силах найти во лжи крупицу правды.
— Нико, теперь это моя левая нога. Пожалуйста, вырежьте это. Ты пачкаешь мои любимые мокасины. Он тянется за своим напитком, почти сбивая со стола небольшой ряд свечей.
— Вау, берегись открытого огня, Лука. — Я ухмыляюсь. — Или ты можешь потерять еще один клочок волос.
— Ты сказал ей?
Лука мотает головой в сторону Эйвери, которая ухмыляется в воду и пожимает плечами.
Нико смеется. — Лили Роден, выдающийся пожарный.