— Нико, — шепчу я, яростно тряся его, пытаясь сохранять тишину, насколько это возможно.
В одной из этих стен должно быть окно, уголок, любая щель, чтобы он мог протиснуться.
— Спи, детка, — бормочет он, заключая меня в свои медвежьи объятия.
— Просыпайся. — Я кусаю его за ухо, но он только стонет. — Эйвери там. Тебе нельзя здесь находиться.
Стук раздается снова.
— Секундочку, — кричу я, отрывая от себя плотную руку Нико и взбираясь по матрасу. — Пытаюсь найти штаны.
— Лили, я видела тебя без штанов миллион раз. Это только я. Открой.
— Черт, черт, черт.
Мой взгляд мечется между дверью и Нико.
О, он возненавидит меня за это.
Я подтягиваю колени к груди, ставлю ступни ему на бедра и одним сильным толчком скатываю его с кровати. Он так сильно ударяется о землю, что каркас кровати трясется.
— Ты в порядке? — Эйвери снова хлопает дверью.
Нико смотрит поверх матраса. — Чт…
Я бросаю подушку прямо ему в лицо, надеясь, что дикого взгляда в моих глазах достаточно, чтобы он понял серьезность ситуации. — Залезь под матрац и молчи.
Он быстро кивает, пробираясь под небольшим пространством под кроватью.
Я бегу к подъезду, щелкаю замком и распахиваю дверь. — Уронила чемодан.
Эйвери выглядит безупречно, как всегда: ее остриженные светлые волосы собраны в гладкий пучок на затылке, золотые серьги в каждом ухе и мазок помады на ее улыбке.
— Я принесла кофе. — Она входит в комнату, прежде чем устроиться на моих простынях. Мой пульс учащается, когда я замечаю шорты Нико в изножье кровати. — Где твои штаны?
— Не удалось найти.
Я бросаюсь к ней, пинаю свидетельство вчерашней ошибки под матрац и беру дымящуюся кружку из ее рук.
Она подозрительно смотрит на меня, подходит к моему комоду и выдвигает второй ящик, открывая аккуратно сложенную стопку трусиков.
Неразумно существовать в мире, где кто-то знает тебя так же хорошо, как меня. Я раздавлю ее, когда расскажу ей о Зои Моне, если не секретом, то уж точно тем, что она не догадалась до Нико.
— Ты сделала татуировку?
Она смотрит на тонкий рисунок лилии на моей правой руке. Я должна была надеть свитер, в котором была прошлой ночью, когда мы приехали, но я не могла скрыть от нее чернила всю поездку.
Я пожимаю плечами. — Да, мы с Нико сделали их в Лондоне.
Черт, я не должна была этого говорить.
Мягкое прикосновение кожи щекочет мою ногу, и я смотрю вниз и вижу пальцы Нико, постукивающие по моей лодыжке.
— Ребята, у вас одинаковые татуировки?
— Оу.
Я должна была нанести на это консилер или что-то в этом роде, пока не вернусь в Нью-Йорк.