– Ну? – спросила я, наклонившись и распахнув свою маленькую дверь.
И, быстро выпрямившись, больно стукнулась о балку.
– Ой, мамочки! – Я прижала руку к затылку.
– И тебе поздорову, Забава, – ответил бабушкин леший, пролезая внутрь. – Осторожнее надо, молодая хозяйка, тут вон палка у тебя.
Он выпрямился во весь свой немаленький рост, осмотрелся по сторонам и неодобрительно покачал головой.
Я посмотрела тоже. Ничего страшного, кроме демона, сидевшего в углу на поломанном шкафу, к которому имел необъяснимую душевную привязанность, не обнаружив, пожала плечами. А что не убрано, так это я гостей не ждала.
– Госпожа Гордана доброе утречко передает и просит незамедлительно к ней явиться.
– Так бабушки нет внизу?
Я выдохнула с облегчением. Не хватало только объясняться, что внучка ее непутевая посудомойкой на жизнь зарабатывает.
– Нет, отговорил я ее, – прогудел Чащоба и улыбнулся. А потом подмигнул мне и распахнул объятия. – Что ж ты тут устроила-то снова?
– Ох, Чащоба, – я прижалась к лешему, – да все как обычно!
– Ну-ну. – Он погладил меня по голове. – Все у тебя, молодая хозяйка, как обычно. Ничегошеньки за восемнадцать лет не поменялось!
– Он мне не нравится, – буркнул из своего угла Корвус, а Чащоба вдруг глаза свои сузил, втянул воздух со свистом, и заклокотало где-то в деревянной груди.
– Так, – протянул он, отодвигая меня, и на шкаф уставился, – та-а-ак.
– Чего? – шепотом спросила я, хватая за руку бабушкиного верного друга. Сколько себя помнила, он всегда с ней рядом находился. А уж когда я на свет появилась, так и меня нянчил, в лес первый раз отвел, с силой учил обращаться.
– Ну, Забава! – Чащоба укоризненно посмотрел на меня и покачал головой. – Собирайся. Гордана долго ждать не будет, сама приедет.
– Я с вами, – вылезла из-под одеяла Васька. – Василиса я. – Подумала и добавила: – Для вас можно просто Вася. Здравствуйте.
Я только хмыкнула.
– И вам не хворать, – откликнулся леший.
Снова покосился в угол на демона, который подобрался для прыжка, нахмурился и, уже выйдя в коридор, сообщил:
– Внизу вас жду, карета у входа.
– Карета, – простонала я, приблизившись к окну.
– Он меня видит? – прорычал Корвус.
– Так спросил бы. Но вообще-то надеюсь, что нет. Если бабушка про тебя узнает, ой, что будет.
– Что? – Васька от любопытства даже поднялась на лапках.
– Что-то! – Я сдвинула брови. – Ты уж, будь добра, язык свой самостоятельный приструни. Если сегодня что не так пойдет, не видать нам с тобой свободы всю оставшуюся жизнь!
– Я-то тут причем? – удивилась жаба. – Я куда захочу, туда и пойду. Мне твои родственники не указ.
– Это ты пока так думаешь, – обнадежила я, раскладывая на кровати стиранные платья. Знала бы, что все так скоро случится, попросила бы вчера Эльку что-нибудь подходящее принести.
Взяла то, что менее всего пострадало от лиховской посылки. Понюхала – запах, конечно, не выветрился, но в нос сильно не бил. Если близко ни к кому не подходить, может, и ничего.
Причесалась тщательно, посмотрела на черную краску для волос и отложила. Не ведьма я больше. Можно сильно не стараться. Огладила подол, положила жабу в карман и направилась вниз.