— Потом нас отвезут на местный рыбозавод, там тоже будет лекция. Её вести буду я, — Зинаида Петровна многозначительно посмотрела на нас и добавила, — обедать мы будем в столовой рыбозавода, — после обеда у нас еще одна небольшая лекция, её вести будет Маша, и затем беседа. Беседу проведёт опять Нина Ивановна. Остальные будут помогать. Что делать вы все знаете.
Все знали.
— И да, с нами не поедет Любовь Васильевна, — Зинаида Петровна осуждающе посмотрела на меня, а за ней — все остальные, — Всеволод Спиридонович сказал, что у вас будет другая программа.
Я кивнула и не стала вдаваться в подробности.
Зинаида Петровна выдержала мхатовскую паузу, но, видя, что я признаваться не собираюсь, переключилась на другие вопросы.
Оказалось, что у нас будут дежурства. Каждый по очереди должен готовить завтрак и ужин (обеды у нас будут на предприятиях). Распределила всех Зинаида Петровна таким образом: первой готовит она, второй — Валентина Анатольевна, затем — Нина Ивановна, после неё — Маша. И в последний день — я.
Я ухмыльнулась. Конечно, кто первый готовит — тому хорошо. Продуктов все набрали. А вот как быть мне, когда в последний день всё уже подъедим? Хоть бери да прячь еду. Только где?
Холодильника, кстати, не было. Продукты предстояло хранить в деревянном ящичке за окном, или в сетке, перекинутой из форточки. Когда мы шли по городу, я обратила внимание, что почти из каждого окна торчала сетка или ящик. Тогда не поняла, что это. Зато сейчас прямо удивилась. С другой стороны — правильно, зачем на Крайнем Севере холодильники? Но ладно сейчас, а вот что они летом делают?
Ростислава от готовки решили освободить. Зато ему предстояло выносить ведро с помоями.
Да, здесь следует сказать, что слива в доме не было. Вода в кране была (только холодная), а вот слива не было.
— Как же так? — расстроились тётки.
— Мерзлота, трубы не могут проложить, там ведь внизу лёд, — глубокомысленно сообщил Ростислав.
Все покивали с умным видом, но так и не поняли, что к чему. В общем, в туалет предстояло ходить на улицу, в деревянный «скворечник». Ну или в старое ведро под раковиной.
Я тихо порадовалась, что жить в таких условиях предстоит всего неделю.
Мда, не представляю, как Скороход постоянно здесь живёт. И Алла. Сейчас-то ещё более-менее ладно, а вот зимой как? Говорят, тут и за пятьдесят градусов бывает.
Ужас. Как представлю, если ночью живот прикрутит и нужно вставать, вылезать из тёплой постельки, надевать на себя сто одёжек и бежать на мороз. Так и не добежать можно.
Вчера вечером все попадали без сил от усталости. Ужин не готовили — достали бутерброды и пирожки, которые набрали из дому, попили чай и легли спать. Точнее попадали от усталости. Утром меня разбудил шум — мой «тупичок» находился ближе всего к кухне и Зинаида Петровна, которая готовила завтрак, разбудила меня. Я не стала вставать (а то припашет помогать, а мне ей помогать не хочется).
Лёжа в тёплой постельке, я проиграла в голове сегодняшний сценарий. Мне предстояло самое сложное — сходить в детский дом, познакомиться с заведующей и начинать оформление документов на Белку.
Девочку я планировала забрать в последний день нашего пребывания тут (если всё получится, как я хочу). Потому что живём мы в условиях не ахти. А ребёнок, как я понимаю, больной, ей комфорт нужен.
Когда сектанты уехали на свои лекции, я собралась и вышла из дома. Колючий ветер немилосердно обжигал кожу на лице.
Городок был не очень большой, но вытянутый и длинный. И я никак не могла понять, куда надо идти. На улице было совершенно безлюдно (это и неудивительно — погода явно не располагала к прогулкам). Я растерялась. И вот что делать. Вчера устала и не спросила у хозяина квартиры дорогу, а теперь хоть плачь.
Я оглянулась. Нет, пусто.
Ну ладно, значит, нужно свернуть на параллельную улицу, вдруг там люди будут. Или же дойти до какого-то магазина и там спросить.
Да нет, любая проблема решается.
Я приободрилась и торопливо пошла дальше. Возле большого двухэтажного дома, дорога разветвлялась. Я свернула и вышла на другую улицу. Здесь было также безлюдно. Такое впечатление, что это был мёртвый город.
Прямо жутко.
Но я не сдавалась и пошла дальше.
Возле следующего дома, за вторым поворотом стоял полуавтобус-полунепойми что, похожее на огромный грузовик с вагоном вместо кузова (потом я узнала, что это вахтовка «Урал»). Возле него стояли мужики и курили.
Я обрадовалась. Отлично. Вот у них и спрошу дорогу.
— Извините! — я подошла к самому крайнему, в меховой ушанке. — мне нужно дорогу спросить.