– Мы проверили, в какое время ваш мобильный телефон находился между Тулузой и Сен-Мартеном. Установили, что в ту ночь вы ехали с недопустимой скоростью, майор. О чем вы думали, летя туда как на пожар?
– Ни о чем.
– Ни о чем?
– Ни о чем особенном. Хотел встретиться с этим человеком и сказать, чтобы не приближался к моей дочери.
– То есть вы намеревались ему пригрозить?
Сервас понимал замысел Рембо – так рыбы издалека чуют сети, – но ничего не мог поделать: они слишком далеко зашли. Оба.
– Я бы выразился иначе.
– Да? Как именно?
– Я хотел его предупредить.
– О чем?
– О неприятностях, которые у него непременно возникнут, если он приблизится к моей дочери.
Рембо довольно улыбнулся, записал что-то в блокнот и начал печатать.
– Какого рода неприятности?
– Зачем обсуждать гипотетические возможности?
– О каких неприятностях вы думали, майор?
– Не старайтесь, Рембо, я имел в виду легальные неприятности.
Комиссар кивнул, изобразив лицом сомнение.
– Расскажите о Сен-Мартене. Что там произошло?
– Я уже все вам рассказал.
– Погода была снежная?
– Нет.
– Луна светила?
– Да.
– То есть все было видно как днем.
– Нет, не так. Но ночь действительно было довольно ясная.
– Хорошо, я понял. Тогда объясните мне следующее: если ночь, по вашему собственному определению, была довольно ясная, почему вы не узнали человека, похожего на Фредди Крюгера?
– То самое имя…
– В каком смысле?
– Ну я ведь говорил, что не могу вспомнить имя человека, на которого стал похож Жансан. Из-за меня.
Рембо раздраженно повел плечами, а Сервас едва сумел скрыть улыбку.