— Все препараты принимаются во время еды, — стал рассказывать интерн. — Обязательно соблюдайте часы приема и дозу. Возможны побочные эффекты — диарея, тошнота, головокружение, — но лечение прерывать нельзя. Ни в коем случае… Через несколько дней неприятные симптомы исчезнут.
— Я поняла.
— Если пропустите прием…
— Не пропущу.
— …если пропустите, — продолжил он, — дождитесь следующего и не удваивайте дозу.
«Он наверняка считает меня совершенно безответственной или законченной идиоткой, — подумала Кристина. — Тетка моего возраста ложится в постель с незнакомцем из бара, трахается без резинки… И кто она после этого?»
— Если через полчаса случится рвота, снова примите таблетку, — говорил тем временем врач. — Я назначу вам серию анализов крови, чтобы выявить возможные осложнения.
Он поднял глаза, и журналистка прочла в его взгляде смущение и строгость.
— Имейте в виду: лечение не защитит вас от нового заражения. Ни вас, ни… вашего… э-э-э… очередного партнера… понимаете?
Все ясно. Он решил, что она нимфоманка. Однако внезапно выражение лица доктора смягчилось:
— Знаете, есть большая вероятность, что вы не заразились, так что прием лекарств — обычная мера предосторожности. Но даже если — не приведи господь! — ваши опасения подтвердятся, лучше пройти четырехнедельный курс, чем потом лечиться всю оставшуюся жизнь.
Они оба знали, что лекарственная терапия — не страховой полис и ничего не гарантирует, но Кристина кивнула в знак того, что поняла.
«ОТПОР». Название было написано над дверью. «Р» в форме автомата. Миленько… Она толкнула застекленную дверь, и вместо полицейской сирены, привычной для улиц Чикаго или Рио, раздалось вполне дружелюбное звяканье колокольчика.
Штайнмайер вошла и увидела запертые на ключ витрины, прилавки и стеллажи под армированным стеклом, заполненные лучшими образчиками смертоносного оружия, которое человек изобретал с начала времен. Огнестрельное: охотничьи и помповые ружья, пистолеты и револьверы категории Б — вороненая полированная сталь, мужественная и энергичная. Дробовики, пневматическое оружие, шариковые пистолеты… Любые калибры. Оптика: приборы ночного видения, прицелы… Холодное оружие: кинжалы, метательные ножи, мачете, катаны, томагавки, топоры, «звездочки» ниндзя — сверкающие, прекрасные, тонкие, резные, почти произведения искусства… Подарочные варианты: мягкие игрушки, аптечки первой помощи и ручки для самозащиты… А еще арбалеты, рогатки, пращи, нунчаки, сарбаканы, дубинки… Даже фляги для энергетических напитков имели воинственные названия: «Монстр», «Гризли», «Темный лес», «Акула», «Калашников»… Большая часть товара — в свободной продаже. Сумасшедший дом…
Высокий бородатый толстяк был в той же бейсболке, что в прошлый раз. «Можно подумать, мы в каком-нибудь маленьком городке на Среднем Западе или на стенде Национальной стрелковой ассоциации. Этот тип — ходячий штамп, олицетворенная банальщина».
— Я могу вам помочь? — спросил мужчина по-мальчишески ломким голосом.
Запах пота все так же окружал его на манер газовой туманности, и Кристина невольно поморщилась.
— Очень на это надеюсь, — ответила она.
Продавец несколько секунд изучал лицо посетительницы, а потом задал следующий вопрос:
— Не чувствуете себя в безопасности, так? Всем нам нужно больше безопасности, — заявил он веским тоном. — Все мы жаждем жить в мире, где негодяев и преступников наказывают по закону, а полицейские защищают честных людей. Всем нам нужны покой и порядок. Увы, мир устроен иначе… Никто нас по-настоящему не защищает. Никто не помогает. Никто не заботится.
«Уж не имеет ли он в виду “я”, когда говорит “мы”?» — спросила себя журналистка.
— Значит, человек должен все делать сам, — продолжал между тем продавец. — Взять судьбу в собственные руки. Особенно если ты женщина в мире мужчин…
— Именно так, — поддакнула покупательница, подумав, что этот шут гороховый невольно изрек истину.
Собеседник послал ей многозначительный взгляд, словно хотел сказать: «Я сразу просек, дамочка, что мы найдем общий язык».
— Вы попали в нужное место, — горделиво заявил он.
— Да я уж вижу. — Кристина решила подольститься к нему. — А вот скажите: всем этим оружием можно торговать по закону?
— Да кладем мы с прибором на закон! — Продавец улыбнулся, извиняясь за грубое словцо, и женщина едва не хихикнула: ротик у мужика был крошечный и толстогубый, совсем как у карпа! — Где он, этот закон, когда мы в нем нуждаемся, а? Не беспокойтесь, все, что я вам покажу, можно на законных основаниях продавать «лицам после восемнадцати». Вам ведь уже исполнилось восемнадцать?
Надо же, у него и чувство юмора имеется… Толстяк подвел журналистку к витрине с огромными автоматическими пистолетами — в фильмах Джона By и Тарантино такими пользуются наемные убийцы.
— Стартовые и газовые, — пояснил он. — Убить из таких нельзя, но внешний вид впечатляет, согласны?
Сильнее всего такие игрушки впечатляют ювелиров и мелких торговцев, когда их приходит грабить мелкая шелупонь, подумалось Кристине.