Штайнмайер достала из сумки каттер и перехватила обезумевший взгляд стажерки:
— Антон спит?
В глазах девушки плескалась свирепая ярость.
— Хочешь, чтобы я занялась твоим малышом? — Кристина снова сняла скотч с ее рта.
— Убью тебя, сука, если с его головы упадет хоть волосок! — прошипела Корделия. — Ты этого не сделаешь… Ты блефуешь, играешь в игры. Ты не из тех, кто способен на подобное.
— Была не способна. Раньше была… До того как…
— Ты не сможешь… — Голос девушки дрогнул.
— Неужели? Тогда смотри: вот что вы со мной сделали.
Журналистка встала и пошла в соседнюю комнату. Толкнув приоткрытую дверь, она почувствовала, как ее ноги наливаются свинцом. Ребенок мирно спал в коляске, над которой висели погремушка и подвеска с месяцем и планетами. Кристина подошла ближе: ее рука с ножом задергалась, как у больного паркинсонадой, а в висках застучала кровь. Корделия не ошиблась — это был блеф чистой воды, хотя… Женщина протянула руку… Ч-ч-ч-ерт!.. И тихонько ущипнула малыша за пухлую розовую ладошку. Антон открыл глаза и заплакал, Штайнмайер повторила попытку, и он заорал во все горло.
— Вернись! — крикнула молодая мать. — Умоляю тебя! Я все скажу!!!
Она зарыдала.
Не поддавайся. Сконцентрируйся на своем гневе.
Кристина вернулась в гостиную. Ребенок орал как резаный. Корделия посмотрела на нее глазами больной собаки и заговорила, захлебываясь словами:
— Имени я не знаю… Этот тип сам вышел на нас с Маркусом и предложил денег. Сначала речь шла только о звонке на радио, о письме — он точно объяснил, что и как делать… А потом захотел, чтобы мы тебя напугали, чтобы…
По лицу стажерки ручьем текли слезы.
— Чтобы… твоему псу сломали лапу… Я была против… — всхлипывала она. — Но не отступать же, когда столько бабок на кону… Много, очень много денег. Мне правда жаль, я не знала, что все зайдет так далеко, клянусь, что не знала!
— Кто такой Маркус?
— Мой друг.
— Это он меня изнасиловал? Он убил мою собаку?
Корделия оторопела:
— Что?.. Он должен был… должен был только… накачать тебя наркотиками!
Она качала головой, как боксер в состоянии «грогги».
— Что за человек ваш «заказчик»? — задала Штайнмайер следующий вопрос.
— Да не знаю я! Ничего не знаю, жизнью клянусь!!!
— Как он выглядит?
Стажерка посмотрела через плечо Кристины:
— Компьютер… Там есть фотография… Он садится в машину. Маркус щелкнул его — незаметно, на всякий случай — после первой встречи… Файл называется…
Штайнмайер обернулась. На журнальном столике стоял ноутбук, открытый и включенный. Она встала и вдруг почувствовала, что не так уж и жаждет узнать правду. Чье лицо посмотрит на нее с экрана? Вдруг это окажется кто-нибудь из знакомых?
— На рабочем столе иконка, — сказала ей в спину Корделия. — Написано «X»…
Кристина медленно обошла стол и наклонилась к экрану. Взялась за мышку и подвела курсор к иконке. Дважды кликнула дрожащим пальцем по клавише. Папка открылась. Снимки. Штук шесть.