А что это было за прошлое помещение? Думая о пути, который мы прошли, я и не заметил, как одаренные пропали из виду. Поторопился, нагнал их на лестничной клетке, которая вела в переход в другое крыло здания. И, спустя еще пару минут, замер, наблюдая за еле движущимися людьми.
— Почему их не снесло убийством НПС? — заверещал Леша, за что получил звонкий подзатыльник.
— Свободная зона. Это место не под контролем системы, а значит, может быть даже с выжившими. Мы свернули не туда…
«Как это не туда? — оживился я. — Ведь… — хлопнул полупрозрачной рукой, скорее всего, по такому же лбу. — Черт, лестница с рекреации же ведет и на первый этаж! Охренеть лабиринт!»
— Возвращаемся? — тут же спросил Леша, но его товарищ покачал головой.
Скинул со спины небольшой рюкзак и начал в нем рыться.
Медленные люди, к которым я «полетел», действительно двигались очень медленно. Что позволяло Саше заниматься своими делами. Но стоило мне приблизиться на достаточно неприятное расстояние, чтобы их рассмотреть, как мое сердце ушло в пятки.
Так вот они какие, ходячие мертвецы!..
Меня посетило ощущение, что я стал героем какого-нибудь сериала про мертвецов. Они были вялыми, медленными, слабыми. Естественное умерщвление всех тканей. Однако неужели система дала им «стержень», который и держал их на грани смерти?
Руки еле-еле двигались. Запаха я не чувствовал, но был уверен, что протухшая свинина нервно курит в сторонке. При каждом движении ног раздавался хрустящий звук. Говорящий о высохших сухожилиях и хрящей.
Они мычали. Издавали какой-то гортанный звук, больше похожий на гудение.
— Мда… вот они как выглядят мертвецы вживую, — усмехнулся я, проходя через мертвеца, чтобы посмотреть на его спину. — Товарищ! У тебя позвоночник вот-вот вылезет!
Мое предсказание сбылось почти тут же. Раздался хруст, и медленный развалился прямо на глазах. И что было самым удивительным, он все равно жил!
Двигаясь с примерной скоростью метр в десять секунд, они быстро… надоели.
Интерес быстро сменился скукой. Медленные не представляли угрозы для обычного человека. И это было видно… что же, я это и по сериалам понимал.
— Эй! — воскликнул в десяти метрах Леша. — Откуда у тебя инъекция?
— От верблюда, — парировал Саша Мощный, вкалывая себе что-то в бедро. — Запасы.
— Почему ты Маше ее не дал? — юнцу очень не понравился такой расклад событий. — Можно было бы и не идти сюда! Протянула бы еще сутки, а там бы сходили бы в обычный портал!
Вместо ответа Саша достал что-то наподобие ломика, небольшого, к слову, и замахнулся на юнца. Тот упал на задницу и рассказал еще одно «правило», которого я знать не мог.
— Мы в портале! Ты не можешь мне навредить!
— Могу, — парировал Саша, убирая ломик обратно в рюкзак. — Но после этого целую минуту не смогу даже руки поднять. Сраная система уравнивает шансы каждого, дает пройти порталы всем уровням… а так, поубивал бы вас сразу на входе.
Юнец встал и вновь сел на задницу, но уже от страха перед теми, кто был за его спиной в трёх метрах. Саша просто пошел в другую сторону, пожелав удачи.
Суть его посыла я понял. Теперь, Мощный, проходит «школу» в одиночку.
И оставаться с потерпевшим я не собирался. Итог был понятен, помочь я ничем не могу.
Саша стал двигаться еще быстрее, и вскоре мы попали на первый этаж, где, опять же, обнаружили новые тела. Только в разы большие, чем недавние крысы. И здесь удача улыбнулась одаренному. Выискивая в телах монстров что-то, одаренный показал мне зеленый кристалл, размерами с зажигалку.
А вот и руда, за которой бегают наши «авантюристы» по атомной станции. Только почему они не попадаются с каждого монстра?
— Если бы я мог зачистить это чертово место, — зло пробасил он сам себе под нос. — Я бы получил гораздо больше, чем эти жалкие крохи… ну ничего, переплавлю для себя.
Спасибо за ответ, но… в каком это смысле переплавит себе? Он же вернется в главный холл, где его будут обыскивать военные! Или я не прав?
Помещения, кабинеты, закрома первого этажа открывались одно за другим. Картинка общего представления о нейтронном портале была без изменений. Помещения пустые. Повсюду трупы. И от монотонного осмотра одного и того же «пейзажа» мне стало скучно.
Ровно так же, как и было на моей «работе».