Воспоминание закончилось, и я задрожал.
Я не мог быть рядом с Хейзел. Я не мог держать себя под контролем. Она уже потеряла свою дочь, и я не хотел украсть ее жизнь.
«Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь».
Мой контроль ушел. Я был машиной. Призраком. Было глупо пытаться изменить свой жизненный путь. Мне нужно было очиститься. Мне нужна была боль. Мучение. Я не мог жить в теле, пока моя душа разрывала себя на кусочки.
Бросившись вниз по лестнице на этаж «Обсидиана», я искал тех, кто пришел пораньше.
«Ты не найдешь искупление здесь».
Мой разум метнулся в неизвестность, вскармливая меня альтернативами, о которых я не думал.
«Возвращайся. Ты принял, кто ты. Возвращайся. Поезжай домой».
Мои руки сжались от мысли вернуться в Матушку Россию. Вернуться в место, где моя жизнь была разрушена. Я отрекусь от всего: отвернусь от Зел, признаю, что не могу быть исцелен. Никогда. Все, за что я так упорно боролся, было гребаной шуткой.
У Призрака не было семьи. Призрак не чувствовал боли.
Так почему мне так чертовски больно?
Мое зрение заволокло туманом. Я не мог ничего делать. Ненавидя себя за слабость, сгорая от стыда из-за своих потребностей, я вытащил ручку из кармана и вонзил себе в ладонь.
Боль окатила меня волной тепла, за которой последовал укол высвобождения. Это гарантировало небольшой проблеск рациональности в хаотичном шторме замешательства.
Я знал, что должен сделать.
«Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь».
Зел владела мной больше, чем кто-либо, и я не выживу без нее. Клара ушла. Хейзел, была всем, что у меня осталось. Я хранил от нее секреты. Так много гребаных секретов.
Я не был достоин ее. Я не был безопасен.
Но я мог изменить все это.
«Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь».
Мое сердце умерло в груди от мысли предать ее. Она будет нуждаться во мне. Она заслужила плечо, чтобы поплакать, и другого человека, чтобы разделить бремя горя. Но я не мог. Еще не мог. Не мог, пока я существовал на грани Призрака и здравомыслия. Я не мог обнять ее. Не мог утешить ее боль.
В момент, когда опущу свои щиты, я сверну ей шею.
Я не мог дать Зел то, что ей нужно. Я не был цельным.
А я хотел, черт побери, заслужить ее.
Мой гнев обратился наружу, фокусируясь на кураторах, что испортили мне жизнь.
«Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь».
Условный рефлекс, что пульсировал в моем мозгу, был прав. Мне нужно убить. И сейчас у меня была жертва. Я покончил с тем, чтобы быть изгоем. Я покончил с тем, чтобы быть ненормальным.
Я думал, что Клара была моим исцелением.
Я ошибался.
Гребаное исцеление все время было внутри меня. Я держал в себе ключик, чтобы излечить себя, вернувшись в свое прошлое и уничтожить их.
«Убей. Разорви. Заставь истекать кровью. Уничтожь».