Выход: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мы очень мало о нем знаем. Известно что он ходил почти голым, не чувствуя холода и рубил чудовищ своим огромным топором. В этом все рассказы сходятся, а дальше уже начинаются какие-то завиральные сказки. Тебе есть что о нем рассказать? Ты видел как он победил вражеского правителя? Только давай без историй про грохот грома зимой и трясущуюся землю. Я такое даже записывать не стану — в голосе старика чувствовался нажим и угроза… поэтому я опять не стал ему врать и вывалил на него кучу чистейшей правды.

— Нууу… из всех кто собрался в Великограде хорошо его знали лишь двое, трусливый Аюл и старшина Амихаш, так что лучше спрашивать у них, так как они, вроде бы, из одной деревни родом. Я слышал его имя, но… оно очень короткое и похоже на мое, поэтому и запомнил. Ну а сражение… Он очень долго убивал врагов и всяких жутких тварей, а потом, когда всех порубил, просто упал в лужу крови, наверное устав от сражения длинною в пол дня. После к нему подошел переговорщик и видимо предложил бой с их правителем. Герой согласился и пошел. До города было далеко, но я все равно увидел, как они всего раз ударили и… разрубили друг друга насмерть. Их обоих располовинило и, мне кажется, там невозможно было выжить. И смерть самого сильного врага система, видимо, приняла как победу людей… после чего все вокруг, в том числе и враги под стенами, начали рассыпаться в пыль. На этот раз система заставила всех выживших выйти уже силой, не спрашивая пожеланий — пришлось немного подождать, пока старик, макая перо в чернильницу, выводил вполне понятные мне строки. После того когда он закончил и все перечитал, последовало вполне ожидаемое уточнение, на которое у меня уже был ответ.

— Ты думаешь что он умер?

— Сложный вопрос… Насколько мне известно… У Амихаша боевое владение равнялось примерно семидесяти. И судя по увиденному, герой был гораздо сильнее старшины. Думаю, владение оружием у него было сильно больше ста. Скорее всего как и у правителя врагов. И когда эти два чудовища ударили друг друга… они просто не могли защититься от такой огромной силы. Я видел как их тела разваливаются на половины и могу с уверенностью сказать, что это точно убило их… А успел герой переродиться или нет… об этом доподлинно ведают только творцы.

— Понятно… — заканчивая записывать мой рассказ, негромко протянул старик. Ну а поставив точку на последней строке, вновь метнул в меня свой острый взгляд и, лишая надежды о том что он забыл про этот вопрос, а заодно укрепляя мои догадки, все же спросил — А сам-то хоть каких-то монстров убивал? Или все время на стене стоял и за боем героя наблюдал?

— Нуууу… Пока он спал в конюшне, один раз чудовища все же сумели пробраться на стену и разбежаться по городу, учиняя резню мирным жителям. Тот прорыв быстро прикрыл Амихаш со своими сильнейшими бойцами, ну а тем у кого не было луков пришлось идти и искать бесчинствующих тварей. Так что и я был вынужден немного помахать своим топором. Даже несколько жнецов тогда зарубил и…

— А если говорить правду? — видимо как-то почувствовав что я вру, еще раз надавил на меня голосом глава этого города, после чего я, повинно опустив голову, изобразил голосом и всем своим видом стыд.

— Да… если честно… Мы тогда целой толпой человек из пяти на этих жнецов накинулись и порубили их как смогли. Одного из наших чудовище даже ранило, но новый боевой ранг все излечил. Иии… потом мы так еще несколько гончих затоптали… Так я и увеличил боевое владение до девяти — судя по хмурому взгляду этого костлявого старикашки, ему казалось что я продолжаю в чем-то ему привирать, требовать правды он повторно не стал. Записав еще пару слов и отодвинув от себя лист, он сделал несколько глотков из стакана с уже остывшим отваром. А затем, переведя взгляд на тихо стоящего в сторонке Вилара, настойчиво попросил его.

— В следующий раз добавь в напиток побольше ’’меда’’, не жалей его — одно слово было выделено голосом особо, поэтому у меня появилась полная уверенность в том, что у высказанного требования был какой-то дополнительный смысл относящийся именно ко мне. Но делать вид что я что-то понял конечно же не стал и тоже посмотрел на встречающего перерожденных, будто бы тоже желая услышать его ответ.

— Я вас понял, господин Юдашан. Впредь буду добавлять больше меда — поспешил ответить мужик, ну а хозяин дома на это одобрительно покивал.

— Ну и хорошо что понял. В целом, все что хотел я уже узнал, поэтому можешь уже вести нового перерожденного на Ветряную улицу и заселять его в один из свободных домиков — и, обращаясь уже ко мне, как-то запоздало изображая лживое дружелюбие, пообещал — У тебя есть два дня на отдых, так что спи и набирайся сил. Тебе сейчас сон очень нужен, чтобы полностью привыкнуть к новому телу. Ну а пока ты будешь отдыхать, мы подберем тебе место для работы и попросим кузнеца сделать для тебя новый топор. Наш городок довольно быстро расширяется, поэтому можешь не беспокоиться, работа для лесоруба у нас точно найдется. А сейчас ступай отдыхать — старик был скорее похож на костлявого жнеца, поэтому попытка быть похожим на доброго дедушку скорее пугала нежели успокаивала. Так что я, решив не задерживаться и позабыв о своей слабости, поспешил покинуть логово этого опасного зверя, даже не дождавшись помощи или поддержки от Вилара. А затем, оперевшись о стену, подождал слегка задержавшегося в доме встречающего.

— Никак не привыкну к этой слабости тела — пожаловался я наконец-то вышедшему мужику и делая вид что пытаюсь оттолкнуться от своей опоры и встать ровно, уточнил у него — Далеко нам до этой… ветреной улицы идти? Боюсь, меня на долгую прогулку не хватит.

— Да нет, тут рядом совсем — заверил меня Вилар и, подхватывая под руку, чтобы я никуда не упал, повел в сторону моего нового дома. В котором, как показалось, задержаться надолго не получится.

Удивляло лишь то, что меня не отправили в степь силой и вместо этого пытаются уговаривать. Все это казалось очень настораживающим и очень-очень странным.

Глава 4

Отпив из бурдюка холодного приятно-горького отвара и утерев тряпицей пот, я все же заставил себя подняться и, прорываясь сквозь боль в натруженных мышцах, подхватить воткнутый в пенек топор. Скоро должны были прийти мужики чтобы забрать бревна и ветки, а у меня получилось успеть до обеда свалить и обрубить всего два дерева. Несмотря на не до конца отступившую слабость этого все равно было очень мало, даже по меркам моего прошлого, не прошедшего через пробуждение тела. Слабый, словно маленький котенок, рубил изо всех сил эти проклятые осины, а они будто бы пытались отбиваться и не желали отдавать ни единой щепочки своего ствола. А еще эта проклятая жара, которая вытягивала из меня капля за каплей всю влагу и силы.

Хотя… ко всему этому можно было притерпеться и приноровится, но вот чувство собственной немощности выжимало до суха уже не тело, а разум. Да, нынешний я определенно был куда слабее себя до пробуждения, но это было не так уж и важно. Куда сильнее чувствовался разрыв между мною-гигантом, способным разрывать монстров на части даже без оружия и смазливым хрупким мальчиком лет семнадцати посмотревшим на меня из удивительно чистого зеркала, когда мы с Виларом наконец-то добрались до моего небольшого домика. Болезненно тощий, с практически напрочь отсутствующими мышцами и длинными бледно-серыми патлами грязных волос.

К счастью, встречающий даже притащил из колодца несколько ведер воды, поэтому, кое-как ополоснувшись и срезав кухонным ножом большую часть растительности на голове, лег на удивительно мягкую кровать уже чистым. А затем сразу провалился в сон почти на целый день. Ну а к полудню следующего дня, в тусклых отсветах местного светила осмотрел еще раз себя уже получше… и едва не пустил слезу от досады, глядя на этого слабосилка, кажется никогда не державшего в руках ничего тяжелее тарелки. И так мне скрутило от этого печальной досадой голову, что захотелось опять схватить этот нож из поганого железа и перемахнуть им не пряди, а собственную глотку, наконец-то обрывая этот путь, который должен был закончиться еще в прошлом мире… Но вспомнив мою маленькую Мирину, тоже попавшую волею проклятых творцов на чужбину, схватил грубо оструганный табурет и принялся им махать, словно топором, заставляя несуществующие у этого тела мышцы привыкать к тяжести и нужным движениям. Ну а когда заглянувший ко мне и принесший еду Вилар застал меня за этим занятием, сперва подумал что я запоздало повредился головой после перерождения. А после объяснений наоборот похвалил за такое рабочее рвение. Правда потом настоял на необходимости больше отдыхать, чтобы тело лучше срослось с мозгом. Быстро проглотив обед и пропустив мимо ушей его совет, продолжил упорно махать табуреткой… до тех пор пока резко не лишился сил и едва успел дойти до кровати, чтобы не уснуть прямо на полу от сильного утомления.

На следующий день было уже куда легче и я даже немного прогулялся по улице, разглядывая людей и город, все еще кажущийся мне большой деревней. Покинул его предел и, помня вчерашний путь, дошел до места своего перерождения. Ожидаемо нашедшийся там Вилар охранял лежащие на траве и кажется уже начавшие слегка попахивать тела, к которым присоединилась, подменив меня в середине, совсем уж дряхлая старушка. Не понимая зачем встречающий ее сюда приволок, вслух усомнился в том, что в это тело кто-то может подселиться. И был ошеломлен тем, что это вполне возможно. Жестокие творцы мстили нам за непокорность даже в таких малостях, иногда закидывая души в тела умирающих от старости людей. Да, они немного исцелялись и оживали, а потом, через год другой, вновь прощались с новой жизнью, не имея возможности убежать от старости. Но еще хуже было иное… Когда эти выродки создатели, наверное не сдерживаясь от хохота, пришивали души людей к телам умерших калек, обрекая их на очень короткую, полную боли и лишений жизнь.

Потом я узнал у встречающего, что наше переселение в другой мир растянулось на долгие шесть лет, за которые в Ирадове переродилось всего десяток человек, не считая меня. Трое умерли из-за совсем плохих, доставшихся им тел. Двое решили стать воинами и отправились в пограничье. И лишь всего пять женщин, которых едва ли не вдвое больше перерождается чем мужчин, осталось тут. Многие уже связали свои сердца или, как тут говорят, женились и нормально обжились. И даже сам Вилар перестал их навещать и поддерживать, не желая напоминать им своим видом о безумии прошлого мира. И меня попросил к ним не приставать, чтобы не терзать воспоминаниями и не получить в кулаком в нос от их мужей.

Все это выглядело крайне странно и приводило меня к мысли о том, что мужиков тут намеренно выдавливают, пытаясь отправлять в сторону степи. Возможно потому что тут и своих ’’жеребцов’’ было в достатке и их было жалко отправлять на войну с какими-то смуглокожими кочевниками. Но высказывать вслух свои догадки я конечно же не стал и, поддерживая образ неразговорчивого, нелюбопытного парня, просто пошел обратно домой, сказав что хочу еще немного помахать стулом. Он отправился со мной, чтобы показать где могут поесть работающие на благо деревни мужики и девушки. Ну а пока мы трапезничали в просторном зале столовой, мой спутник несколько раз осмотрелся, явно кого-то высматривая. Ну а ближе к концу нашего обеда, как-то странно помявшись, рассказал мне пахнущую каким-то подвохом историю о том, что у прошлого хозяина моего нового тела была любимая девушка из-за которой у меня могут возникнуть проблемы. Поэтому он настоятельно попросил держаться от нее подальше и постараться не общаться с ней. Меня это конечно же заинтересовало, но я, будто бы почувствовав знакомый всплеск опасности, отшутился тем что в лесу она меня вряд ли будет искать и, не задерживаясь в трапезной, поспешил вернуться домой. Предусмотрительно запер входную дверь изнутри и помахав до изнеможения тяжелым стулом, сразу лег спать… не обращая внимания на робкий стук в окно и едва слышный девичий голосок, зовущий какого-то Инока. Имя прошлого хозяина тела я так и не удосужился выспросить, но был практически уверен в том, что зовут именно его. Но мне было на это плевать. Я хотел лишь просто поспать перед первым днем работы… и не стал отказывать себе в этой малости, довольно быстро провалившись в сон.

Ну а дальше начались довольно непростые дни, наполненные болью в мышцах, немалым количеством пота и постоянной усталостью. Первое не шло ни в какое сравнение с мучениями после получения очередного десятка единиц характеристик, ну а все остальное можно было и перетерпеть, опираясь на свое упорство, ну или скорее упрямство. В первые несколько дней, упорно сражаясь с собственными руками и слабым телом, смог осилить только два дерева, потом одолел сразу три, ну а сейчас, к окончанию целого десятидневья хотел уже замахнуться и на шесть. К вечеру каждого дня, не тратя время на вечернюю трапезу, сразу шел домой, непременно закрывая дверь на засов, сразу проваливался в сон… намеренно не обращая внимания на непонятное недовольство изредка навещавшего меня Вилара.

Вот и сегодня я, все же так и не найдя в себе сил пойти боем на шестую осину, вылил себе на голову остатки воды из бурдюка, чтобы хоть немного остудиться и, подхватив топор, устало побрел до дома до хаты. Только вот, видимо затевавшему что-то супротив меня «встречающему» все же надоело ждать и он начал действовать. Я это понял слишком поздно… лишь когда уже вошел в почему-то открытую входную дверь, кинул оттягивающий руку топор куда-то в угол и принялся стягивать с себя мокрую насквозь от пота рубаху. Заставляя меня насторожиться и вскинуть кулаки для возможного боя, из теней комнаты вышла стоявшая до этого неподвижно молодая девица и сразу прильнула к моей груди… давая понять что чьи-то силки уже затягиваются на моих ногах.

Вот только, к печали охотников, я был пуганой дичью и не поверив слезам довольно красивой девицы, ударил копытом, открывая дверь позади себя и силой выставляя гостью за дверь, старательно не вслушиваясь в ее слова. Щелчок широкого засова отсек от меня эту ненужную суету и возможные проблемы. И лишь после этого, не обращая внимания на стук и крики, я прилег на пол прямо там где стоял чтобы не пачкать кровать, позволяя себе расслабиться.

Я еще не заработал денег чтобы оплатить запрос в Залы великих знаний о моей маленькой Мирине, поэтому пока что нужно было избегать проблем, очень надеясь на то, что успею сделать это до того, как меня выдавят из этого ’’гостеприимного’’ городка.

Глава 5

В этом мире люди, как и Деоны в моем, тоже пользовались понятием «месяца», но я по привычке складывал дни в десятидневья, зачем-то подсчитывая срок жизни в чужом теле. Наверное поэтому, когда со дня перерождения минуло уже тридцать дней, мне и вспомнился тот рогатый воин которого когда-то отпустил. Именно от него я услышал о том, что творцы решили нас уничтожить и получил подтверждение своим догадкам… возненавидев проклятых создателей еще пуще чем прежде. Возненавидел так сильно, что не задумываясь вцепился бы зубами в глотку, если бы кто-то из них посмел объявиться передо мной.

— ХА! — сделав всего один оборот, топор вонзился самым носком в неповинную осину, выплескивая не дерево вскипевшую по мне ярость. Даже несмотря на смену тела, руки все равно не забыли это наработанное сотнями сотен бросков умение. Вырвав свой инструмент из осины, тут же метнул его в другую, вновь привыкая к этим движениям. Повторил этот бросок еще несколько десятков раз… и прервался лишь когда заслышал голос неизвестно когда подобравшегося к делянке Вилара.

— А столько времени врал что не воин. Да еще так убедительно. Даже господин Юдашан поверил в то, что ты простой трусливый пройдоха, который боится женщин и битв — с непонятным чувством превосходства говорил встречающий, будто бы поймав меня за руку на воровстве… и тут же сбледнул лицом, когда топор, обдав его холодом близкой смерти, пролетел в ладони от головы и, воткнувшись в дерево, ударил его по плечу. И, кажется, напугался еще сильнее, когда я подошел к нему вплотную и, глядя снизу вверх в лицо этому здоровяку, вырвал свое оружие.

— Ты не поверишь, но даже сам Амихаш когда-то назвал меня бесполезным, ославив на всю деревню. А потом один из его лучших воинов присоветовал мне учиться метать топоры. И именно это умение помогало мне ни единожды выживать. Поэтому воин из меня сейчас плохой — опять не соврав ни единым словом, заверил я мужика… и лишь после долгого молчания наконец-то отступился от него. А затем, напоказ покачивая топором, повысил голос и потребовал — Рассказывай! Что вы там удумали со своим управителем города? Почему не заставили меня отправиться в степи силой? Зачем вы подсылали ко мне девчонку по вечерам? Кто она вообще такая? Какой вам с этого прок? — я сразу высказал все что хотел от него узнать, а после этого недвусмысленно намекнул на то, что монстров убивать так же легко как и людей и что мне это хорошо известно. Видимо подумав, что я скрывал от старика не свои боевые навыки, а опыт ’’охоты’’ на людей, Вилар побледнел еще сильнее, становясь похожим на безрогого Диона. А потом, глотая от страха воздух и повторяя некоторые слова, принялся поспешно отвечать на все мои вопросы.