Выход: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И как же ты пересек почти все ваши изведанные земли, умудрившись ни разу не посидеть на лошади? Как так вообще получилось?

— Да у нас ездовых почти и не бывало. Ломовые для пашни, да тягловые для груженых телек. Да и… не нужна мне была лошадь. В какой-то момент стал настолько сильным, что мог целыми днями без отдыха бежать нагоняя любую лошадь, опираясь на выносливость тела. Один раз больше пяти дней без остановок так двигался… и едва не помер когда добрался до нужного места. А потом долго не мог понять, куда так торопился и зачем себя мучил. Везде бы поспел и без таких героических усилий.

— Нууу… Герою и усилия героические. Нужно соответствовать — пошутил воин, а я, осознав его слова, принялся шарить рукой, выискивая рукоять закрепленного на поясе топора. Явно бывалый воин конечно же подметил эти телодвижения и отрицательно помотал головой, без слов говоря «лучше этого не делать». После чего мне пришлось вынужденно расслабиться… вспомнив что я сейчас слабый мальчишка, из-за лошади способный бегать не быстрее какого-нибудь дряхлого старика. Мог лишь лежать и бросать на своего спутника грозные взгляды из-под нахмуренных бровей.

— Да расслабься ты. Если хочешь быть никем, то будь им, я рассказывать не стану. Тем более что без своего прошлого тела ты и есть «никто». Обычный слабый мальчишка, который натер себе зад неудобным седлом. Мне просто хотелось послушать твои истории и узнать, как там все было на самом деле, от человека участвовавшего в той безумной войне. И можешь считать что за эти дни я уже успел удовлетворить свое любопытство. Конечно осталось несколько вопросов про мотивы ваших создателей и систему саморазвития рогатых Деонов, но думаю что и у тебя не найдется на них ответа. Хотя… наверное тебе все же стоило спросить у вражеского правителя или других его бойцов о том, как те стали такими сильными. Они сражались с какими-то другими монстрами или может творцы уже создали их такими? Мне было очень любопытно и я успел многое узнать о твоем мире, но какого-то мнения по этой теме так и не сформировал — все же немного осторожничая и наблюдая за моими движениями, объяснился Юркис. А потом, видимо желая занять мои руки и отвести мысли от топора, достал из сумки и кинул мне на грудь кусок вяленого мяса с большим ломтем хлеба. Покрутив в руках наш ранний обед и не придумав ничего дельного, мысленно махнул на все эти сложности рукой и решил просто подкупить своего собеседника. Конечно же не местными медными кругляшками, которые называли деньгами и коих у меня попросту не было.

— Если объяснишь как смог понять что я… это я и пообещаешь никому не рассказывать о своих догадках, то дам тебе подсказку, которая сможет многое объяснить. Передам знание… которое получил от существа… похожего на вашего бога и называющего себя наблюдателем. Этого хватит чтобы купить твое молчание?

— Хватило бы и простого «пожалуйста», но раз ты предлагаешь такую щедрую награду… — воин которого называли каким-то непонятным «ревизором», запил хлеб остатками воды и кинул в меня пустой бурдюк — Убери руки от топора и набери воды. Ну а пока ты кряхтишь и шагаешь к колодцу, я раскрою тебе невероятную тайну… Среди перерожденных очень мало людей с высоким боевым владением топорами. И мне рассказывали только об одном воине мастерски использующем их как метательное оружие. Поэтому, увидев как ты избиваешь этих слабосилков, сразу понял кто ты такой.

— Ааааа — тихо простонал я и даже хлопнул себя по лбу, наконец-то осознав насколько все было просто, и даже хлопнул себя по лбу от досады. А затем, мысленно выругавшись, продолжил свой очень медленный из-за боли в промежности путь.

— Вот-вот — насмешливо проговорил Юркис и, откусив большой кусок мяса, потребовал — А теперь ты. Рассказывай свою тайную тайну.

— Подожди… — вытягивая небольшое ведро наполненное водой, тихо прошипел я. Осторожно, стараясь не уронить бурдюк в колодец, принялся заливать ценную в степи влагу через широкое горлышко… в то же время думая над тем, как бы коротко описать встречу со жрецом-ящером. И лишь залив бурдюк до полного для нашего дальнейшего пути, наконец-то удовлетворил интерес своего любопытного до чужих миров спутника — Я заходил в ваши храмы и видел статуи богов которых вы знаете в лицо, будто своих соседей по улице. И это очень странно. Скорее всего, они не всемогущие существа, как вы это себе представляете, а просто высшие люди. Не знаю как можно добиться этого без системы, но… видимо раньше это было возможно, раз у вас их народилось целых три — боги войны, плодородия и врачевания. И если сравнивать с нашим миром… встреченный мною высший был скорее целителем… сначала избил меня, как забежавшую на его огород псину, а потом излечил за один миг, срастив все поломанные кости и раны. Могучее бессмертное существо, живущее более двадцати сотен лет… которое не было человеком. Ходящий на двух ногах разумный ящер, который, как и я, стал героем своего народа, а потом и высшим существом. Как я понял из его слов, творцы обратили на него внимание и, отказавшись принимать его к себе, великодушно позволили жить дальше. Запретили вмешиваться в свои дела, убивать разумных, уничтожать коконы и иные творения…, а потом просто забыли о его существовании. Ну а из их посланий и опыта своей долгой жизни, он смог понять, что творцы владеют большим количеством миров и наш используют для… не знаю как это описать… Они создают какой-то народ, дают ему пожить две-три сотни лет, а потом сразу создают следующий и заставляют уничтожить старый. И так по кругу, раз за разом, наблюдая за возней своих творений, словно за мурашами в большом муравейнике. Зачем им это нужно, мы конечно же своим скудным умом понять не сможем…, но я, очень много думая об этом, пришел к мысли о том, что творцы ищут способы создавать сразу высших существ, минуя таких бесполезных слабаков как мы.

— Ну а пока новый народ изничтожает старый, творцы дают щедрую возможность «выйти», в другой мир… в котором раньше, возможно, проходили такие же испытания, во время которых и появились наши боги… — задумчиво проговорил выслушавший меня воин, с немалым трудом принимая новые знания и даже примеряя их на свой вполне мирный мир. Говорить ему о том, что угроза изничтожения существует не стал, так как и сам был в этом не уверен. В разговорах с Виларом я узнал, что раньше кочевники, имея выход к пресному морю и большие рыболовные угодья, были вполне спокойными и незлобивыми людьми с которыми местные даже вели взаимную торговлю. Но потом у них случилось какое-то бедствие, наполовину отрезавшее им доступ к воде и сделав все остальные подходы опасными. После чего кочевье Саранха вынужденно начало нападать на соседнюю страну, желая занять более плодородные территории с выходами к чужим рекам. Отдавать треть своих территорий империя Тамарой конечно же не станет, поэтому вынужденно защищается от частых нападок смуглокожих кочевников. И что это за непонятное «бедствие» никто так и не смог вызнать, так как противники ничего не рассказывают даже под пытками, искренне веря в то что их душа будет развеяна навсегда если проговориться.

— Как думаешь, этого знания достаточно чтобы, в благодарность, исполнить одну мою странную просьбу? — видимо он и правда мог как-то чувствовать лож, так как никаких сомнений в моих словах у него не возникло. И он, оценив важность услышанной истории даже для своей страны, несколько раз задумчиво кивнул, видимо принимая во внимание мое пожелание. Помолчав еще немного и кинув недоеденный кусок хлеба пасущейся рядом лошадке, он наконец-то принял какое-то решение и, повернувшись, посмотрел мне прямо в глаза.

— Я не самый умный человек в нашей империи, поэтому расскажу все что сейчас узнал нашим мудрецам из столичных палат больших знаний, чтобы не только я морщил свой разум над этой историей. При этом обещаю что никому не расскажу о человеке от которого все это узнал и конечно не скажу что ты герой своего мира. А еще постараюсь исполнить одну твою просьбу, если она, конечно же, будет мне по силам и влиянию.

— Не беспокойся. Там ничего сложного — заверил я ревизора и растянул губы в хищной ухмылке, вынуждая собеседника невольно ухватиться за потертую рукоять своего меча. Видимо своим странным чувством правды он ощутил мое стремление к смерти и желание убивать, из-за этого подумав что я хочу на него напасть — Родной мир изменил меня, много раз сломав, словно ненужную вещь. И даже получив возможность прожить новую жизнь, я этого совсем не ценю. У меня осталось очень мало желаний… Я хочу лишь трех вещей: выбить из какого-нибудь степняка нужные знания, узнать о судьбе «вышедшей» сестры и если ее нет в этом мире… наконец-то умереть. И все эти мечты станут чуть ближе ко мне, если ты сможешь отправить меня на самую опасную часть вашей границы со степью. Надеюсь твоего влияния хватит чтобы это сделать?

— Если это твое пожелание… Тогда можешь не беспокоиться. Скажу что ты пытался убить главу города и избил молодую девушку и, нисколько не соврав, настойчиво отправлю тебя к смертникам. Там мало перерожденных, а все больше наших преступников, да и командиры того гарнизона вряд ли поймут кто ты есть на самом деле. Там кочевники пытаются прорваться едва ли не по десятку раз в месяц, так что им не до какого-то героя из другого мира. Только вот… некоторые люди на том направлении порой опаснее врагов, так что ты можешь и не дожить до встречи с последними.

— Прекрасно — кажется растягивая улыбку еще шире, довольно высказался я и, не удержавшись, все же метнул топор в своего собеседника, едва успевшего одернуть ногу от того места, куда глубоко погрузился острый носок моего оружия — Тело сменилось, но умение не пропало. Так что пусть лучше они бояться моих метательных топоров.

— Ты безумец!!! — мешая ярость и страх, прокричал вскочивший на ноги Юркис. Я же, не обращая внимания на его негодование и не чувствуя страха, подошел и забрал свой топор. Ну а разогнувшись и посмотрев прямо в глаза воину, легко согласился с ним.

— Да, я немного безумен. И кажется уже давно.

Глава 8

Деревянный меч болезненно проходится по правой руке, но я тут же перебрасываю свой тренировочный клинок в левую и делаю длинный выпад. Противник едва-едва успевает уклониться, пропуская укол рядом с телом и тут же пытается нанести ответный удар по моему сильно провалившемуся вперед плечу… никак не ожидая что я последую за силой своего удара и нырну вперед всем телом, уходя в кувырок и намеренно стараясь задеть его ноги. Он с трудом успевает отскочить назад, чтобы не быть сбитым, ну а пока делает несколько вынужденных шагов назад, мне хватает и двух ударов сердца чтобы подняться после переката по горячему песку тренировочного поля и приготовиться к следующей атаке врага.

На этот раз уже он, надеясь не дать мне осмотреться после переката, сделал длинный выпад, направляя колющий удар в правое бедро. Пытаясь отвести эту атаку, поспешно бью по его оружию, но силы хватает лишь чтобы отвести ее чуть ниже, неизбежно позволяя деревянному клинку пройтись по колену. Приходится поднять ее над землей, показывая ранение, и, прыгнув вперед на одной правой, попытаться достать отступающего бойца. Едва увернувшись от этой атаки, он отскочил на безопасное расстояние…, а потом поймал грудью прилетевший в него меч, не успевая на это никак отреагировать. Ну а пока он стоял в растерянности, не понимая как на это реагировать, я уже допрыгнул до него и, хрипя от ярости, навалился всем своим телом, пытаясь сбить врага с ног и дотянуться пальцами до его горла. Первое у меня получилось, а вот второе… Могутный наблюдатель, тяжелее меня более чем втрое, басовито выкрикнул «НАРУШЕНИЕ!» и легко откинул меня от моей жертвы, не позволяя проломить тому кадык. Затем он хлопнул меня ладонью по лбу, пуская метаться по голове звонкий комариный писк, а потом и вовсе наступил на грудь, выдавливая из легких воздух и видимо такими болезненными способами туша мое пламя битвы.

— Проиграли оба! Ты, Вудорт, пропустил смертельный бросок в грудь, а ты, Лиар, потерял оружие и начал работать раненной правой рукой, которую в настоящем бою тебе бы распороло до костей.

— Да как я мог от этого увернуться?! И кто вообще выбрасывает свое основное оружие?! Он же ненормальный! Он пытался меня задушить! Он… — громко принялся возмущаться мой противник… и вынужденно заткнулся уклоняясь от брошенного уже инструктором меча. На этот раз он смог уйти от такой же атаки перекатом в сторону, спасая себя от новых синяков.

— Вот так и уворачивайся. Следи за оружием противника и будь готов к любой его атаке. Степняки очень ловко орудуют пращами, поэтому привыкай уклоняться от бросков сейчас, чтобы не поймать своей пустой головой камень потом. ПОНЯЛ МЕНЯ?! — последний окрик заставил парня из местных поспешно подняться на ноги и, выпрямившись, ответить на прозвучавший вопрос.

— Я вас понял, господин инструктор! Буду учиться уклоняться — посмотрев на молодого парня еще с десяток ударов сердца, будто бы пытаясь понять усвоил он это поучение или нет, мастер боя наконец-то перевел взгляд меня. Я так и продолжал лежать на песке, не горя желанием следовать его приказам. Так и не дождавшись от меня даже попыток подняться, он тяжко вздохнул, проворчал себе под нос «Проклятые пришлые. Никакой дисциплины» и, подойдя ближе, принялся уже мне высказывать свое недовольство.

— Я конечно понимаю что тебе там у себя было негде обучаться владению оружием, но… У беременной свиньи техника боя поставлена лучше чем у тебя. Ты учился сражаться прямо в бою и не против людей, а против всяких тварей и превратился в какого-то безумного зверя, у которого поблизости нет товарищей. Ты готов рвать врагов даже зубами, стремясь получить новый ранг, но… Здесь такого нет и все твои раны не исцелятся с увеличением боевого владения, а останутся навсегда. Поэтому, если хочешь пожить немного дольше, бейся менее безрассудно и осторожно… хотя бы иногда пытаясь думать головой, а не инстинктами зверя и спинным мозгом. И да. Никогда не выбрасывай меч, так как степняков всегда больше и ты будешь сражаться не против одного противника, а сразу против двух-трех. Так что выпускать свое оружие из рук точно нельзя. Это слишком опасно и глупо — прояснил ситуацию инструктор и, кажется не надеясь на положительный ответ, устало уточнил — Ты хоть что-то понял из моих слов?

— Понял конечно…, но не принял — наконец-то поднимаясь с песка, спокойно ответил я и, пожав плечами, тоже нехотя дал хоть какие-то пояснения к своим словам — После сотен и сотен боев с тварями неизведанных земель переучиться будет уже слишком сложно. В моем случае, уже невозможно. Мое оружие уже стало частью меня и остается продолжением руки даже в другом мире, поэтому для меня всегда будет неудобной палкой которую можно только выбросить. И еще… Я потерял в том мире все что было дорого и пришел сюда не для того чтобы защищать вашу страну от нападок соседей, а просто желая убивать или наконец-то умереть в очередном бою. Так что, можете не тратить на меня свои силы. А лучше поскорее отправьте в бой, чтобы просто избавиться от такого неудобного ученика как я — обозначив свою позицию и стремления, махнул на прощание инструктору и своему недавнему противнику, а затем направился в сторону деревеньки в которой и обосновался наш охранно-тренировочный пограничный пост. Правда не успел сделать и десятка шагов, как инструктор Коберо окликнул меня и метнул в спину оставленный деревянный меч.

— Эй, Лиар! — развернувшись и заметив опасность, поспешно отступил в сторону, пропуская деревянный клинок рядом с собой, после чего, злобно оскалившись, посмотрел инструктору прямо в глаза — Я не собираюсь таскать за тобой твое же оружие. Подбери меч и отнеси его на склад. А потом заодно зайди к командиру поста. Он выдаст тебе положенные деньги. Там с тебя вычли почти половину на лечение пострадавших от твоей руки в Ирадове, но остатка должно хватить чтобы купить оружие и заказать у плотника деревянное для тренировок. Мне интересно будет понаблюдать за боем с привычным тебе топором. Может потом что-то и придумаю, чтобы сделать тебя еще более опасным для степняков. Мне лично плевать на твое прошлое и желания. Я сюда поставлен чтобы вы не здохли в первом же бою и жизнями убитых степняком отработали хотя бы часть потраченных на вас империей денег. Так что прекращай вести себя как бешенное животное и приходи завтра на тренировку. Иначе я тебя сам сюда приволоку. ПОНЯЛ МЕНЯ?! — кажется это было самое частое сочетание слов которое использовал инструктор, наставляя всяких преступников и упрямых перерожденных. Отчасти поняв как он с нами мучается, я все же не стал игнорировать его слова и даже расщедрился, сделав один короткий согласный кивок, давая понять что услышал его. А затем, подхватив вонзившийся в песок деревянный клинок, направился в сторону склада и стоящего рядом дома в котором обретались прячущиеся от жары командиры этого пограничного охранного поста.

Топор у меня почему-то отняли по прибытию на место, видимо наивно надеясь переучить на меч, так что деньги мне сейчас были нужны. Без своего привычного оружия я чувствовал себя… не очень удобно. Будто бы в сапог завалился камушек, постоянно отвлекающий на себя мысли и занудно напоминающий о необходимости хоть чем-то вооружиться. И так мне это за два дня надоело… что я уже начал с интересом присматриваться к небольшому топорику для рубки костей в местной едальне. Увы, но других топоров в поселении так и не высмотрел. И не удивительно, учитывая практически полное отсутствие деревьев в этой сухой и пыльной степи.

Глава 9

Усталость… Войдя в свою крохотную комнатку в которой уместилась только одна кровать и сундук для вещей, я сразу рухнул на свою жесткую лежанку и… так и не смог уснуть. Непонятная тревога, боль в натруженных мышцах и целая куча сложных мыслей — все это навалилось на меня и мою дурную голову, не позволяя сомкнуть глаз. Большинство местных бойцов ходило тренироваться по утрам, чтобы после полудня быть полностью свободными и, желая поскорее забыться, шли в гости к продажным девицам или к плутоватому деду за чаркой крепкой браги, вот только такой отдых меня не радовал. Хмельной напиток был на вкус отвратительнее чем-то кислющее вино, а девки настолько потасканными, что я отказался от таких походов по самым примечательным местам этой деревушки сразу после первого раза. С тех пор начал выходит на тренировочное поле во второй половине дня, когда народу там практически не было, позволяя инструктору Коберо гонять меня до изнеможения, заставляя тело стонать от боли и обеспечивая хороший сон до позднего утра.