Мушерал, нечисть, разумная рысь
Быть разумным – это круто! Особенно если ты больше половины своей жизни провел среди существ, полностью идентичных твоему виду, но лишенных разума. Ну, не то чтобы совсем прямо лишенных, но разница уж слишком огромна. Другое дело – люди (и подобные им расы). Эти оказались местами даже умнее самого Мушерала! Конечно, уровень их интеллекта зависел не только от происхождения. Сказывалось воспитание, образование… Кроме того, прожив в академии два с лишним месяца, рысенок понял, что среди студентов есть особи, которые ему в подушечки лапок не годятся – как минимум по скорости мышления. Даже среди оборотней попадались весьма недалекие… что было слегка обидно, потому что Мушерал втайне мечтал стать оборотнем, точнее уметь принимать человеческий облик. Правда, пока не знал, возможно ли это…
В общем, на свою судьбу маленькая пушистая нечисть и не думала жаловаться. Наверное, потому что ничто вокруг не вызывало подозрений.
И теперь, внезапно оказавшись в полутемном помещении, явно запертом и явно нехорошем, он лежал, прижав к голове уши, прикрыв глаза, и ругал себя всеми известными ему ругательствами. Верно говорил отец: «Запомни! Ты не должен быть хорошим ни с кем! Ты – нечисть! Злая, страшная, опасная нечисть!» А он что? Расслабился! Возомнил, что все двуногие – если не друзья, то хорошие товарищи! Решил, что вокруг – чуть ли не родная стая! Забыл, что все маги – МЕРЗКИЕ ТВАРИ!
Но ведь отец жил совершенно в других условиях и знал только ОДНОГО мага, даже честно прибавлял, беседуя с сыном: «Возможно, в большом мире многое иначе, но ты не должен рисковать». И потому в академии Мушерал быстро уверился: папины слова – результат именно его печальной жизни. А самому рысенку очень повезло.
Маги – разные!
Но как-то так вышло, что в академии его окружали только хорошие…
До сегодняшнего утра.
Или уже не сегодняшнего?
Как только рысенок ступил в портал, созданный Натаном Ремансом, его сознание отключилось. И он не знал, сколько провалялся в отключке. Судя по состоянию организма – совсем недолго. Ни есть, ни выделить уже съеденное пока не хотелось.
Мушерал подумал бы, что произошел какой-то сбой портала, построенного, на минуточку, не совсем трезвым студентом. Но нет: потому что очнулся рысенок в клетке.
В полумраке окружающей его действительности он увидел сначала именно это: частую решетку недалеко от морды. А потому ни шевелиться, ни подавать голос не стал. Оценил свою позу: словно шмякнулся вниз, не удержавшись на дереве. Чего, ясное дело, случиться не могло. Значит – его сюда попросту швырнули.
Будто бы бессознательно он мягко, медленно подобрал под себя лапки, сообразил, что прижал уши, но с этим поделать ничего не смог – очень страшно было… И продолжил наблюдать из-под полуприкрытых век. Зрению рыси темнота не мешала.
Натана Реманса в клетке не было. Значит, возможно, похититель именно он. Об этом говорили и изменения, произошедшие с маркизом в последние дни, и его внезапный интерес к рысенку.
Но сейчас нет смысла гадать о личности похитителя.
Так… Помещение довольно большое. Как холл в академском общежитии, не меньше. Но и вряд ли больше…
Три стола – один вроде как письменный, два других – явно лабораторные: какие-то колбы разных размеров, ряды пробирок в подставке, кюветы… с инструментами, не иначе, хотя их и не видно… У письменного стола – единственный в комнате стул. С подлокотниками и высокой спинкой, для удобства, не для комфорта. Пара шкафов с глухими дверками, полки – тоже со стеклянной разномастной посудой. Большой котел в углу, несколько маленьких на столах. Пахнет травами, какой-то химической дрянью и – очень смутно – кровью.
Да, это точно лаборатория.
Шерик неслышно сглотнул и еще сильнее прижал уши. С рефлексами он еще не всегда умел справляться.
Клетка была достаточно большой, примерно три на три метра. Высотой до потолка. Между прутьями решетки пролезет в худшем случае лапа. В лучшем – две лапы… Но это… это как раз неважно.
В углу стояла миска с водой и еще одна, с какой-то сухой едой. Огромные, доверху наполненные миски, не миски даже, а целые тазы. Если расходовать экономно, можно протянуть и неделю.
В совокупности с полнейшей тишиной и слабым, остаточным запахом человеческого присутствия это могло значить только одно: хозяин лаборатории вернется сюда не слишком скоро.
Мушерал неторопливо сел, потом встал, потянулся и поточил передние когти о пол. На полу оказалось достаточно мягкое, кажется, прорезиненное покрытие. Видно, чтобы не бились случайно уроненные колбы.
От движений рысенка ничего не изменилось. Тишина, полумрак, пустота. Оглядевшись пристальнее, он обнаружил источник тусклого света: ряд едва горевших плоских светильников по всему периметру потолка.
Понюхал воду – чистая. Экономно попил. Понюхал корм во второй миске – что-то вроде мясных сухарей, невкусно, но съедобно. Впрочем, еда пока не требуется.
Шерик потянулся еще раз, подошел к решетке и ухмыльнулся, ощерив клыки.
Кем бы ни был его похититель, о способностях своей добычи он явно не знал.
Больше того: о некоторых способностях разумной нечисти не знала даже Хелли, даже его опекун, даже ректор академии. Нечисть была хоть и маленькая, хоть и наивная, хоть и расслабленная, но все же не только разумная, а еще и умненькая.
Странные умения и возможности самим своим наличием прямо умоляют, чтобы их исследовали. Увольте! Во-первых, из скупых слов отца Шерик сделал вывод, что любое исследование – это боль, насилие и неизвестный результат. А во-вторых, тайное умение всегда может пригодиться. Конечно, непонятно, зачем знать таблицу умножения, но даже это знание рысенок держал при себе. Мало ли что… вдруг нечисти не положено соображать в математике. Что уж говорить обо всем остальном!
– Р-р-р… – тихонечко попробовал он разорвать тишину.