Руни поднимает взгляд, всматриваясь в мои глаза.
— Что такое?
Я опускаюсь на бок, поворачиваясь к ней лицом, обхватываю рукой её талию, нежно поглаживаю ладонью спину.
— Я хочу тебя.
— Я тоже тебя хочу, — тихо отвечает она, теснее прижимаясь к моему телу.
— Придётся действовать иначе, из-за моей спины, но…
— Я не возражаю, — шепчет она, затем наклоняется и мягко целует меня.
Руни стягивает свою толстовку, затем футболку, обнажая мягкие груди и розовые соски. Я стону при виде них, притягиваю её ближе, пока они не прижимаются к моей груди, и мы глубоко целуемся.
— Обычно они не такие маленькие, — говорит она. — Ну то есть, они маленькие. Но это потому, что я теряю вес, когда болею, и он всегда первым делом уходит из грудей…
— Руни, — шепчу я, мягко целуя её сосок, затем проводя по нему носом. — Они прекрасны. Я уже их люблю.
— Просто я немножко смущаюсь. Мои груди, потом мой живот, чувствительный к прикосновениям и… вздутый, за неимением лучшего слова. Просто я не чувствую себя очень сексуальной, когда я не чувствую себя самой собой, с крошечными грудями и чувствительным животом.
— Маленькие груди и животик — это предмет искусства, — бормочу я, не отрываясь от её кожи. — Вот спроси у Ботичелли. Готов поспорить, ты знаешь самую знаменитую его картину. Рождение Венеры.
— Ооо, — она улыбается. — Ты прав. У неё есть небольшой животик и маленькие груди.
Я целую другую её грудь, лаская большим пальцем сосок. По моему телу разливается жар, и я так болезненно твёрд, что приходится закрыть глаза от того, что мой член задел её бёдра, даже через мои спортивные штаны.
— Я был тринадцатилетним ребёнком, который неприлично долго стоял перед этой картиной в Уффици. Маме пришлось утаскивать меня оттуда. Абсолютно смутил её.
Руни смеётся.
— Я не знала, что вы отправлялись в семейную поездку по Италии.
— Не отправлялись. Это был подарок мне на день рождения от родителей. Каждый из нас получил большой подарок на день рождения, когда нам исполнилось тринадцать — своего рода способ почтить превращение в подростка и совершение очередного шага к взрослению. Я хотел любоваться искусством в Италии, так что мама повезла меня туда на целую неделю, — я оставляю поцелуй между её грудей, мои руки одобрительно бродят по её телу. — И теперь я перестану говорить о моей матери, пока целую тебя.
— Хорошая идея.
Я провожу ладонью по её животу, следя, чтобы прикосновение было осторожным и лёгким.
— Что тебе нравится? Как тебе нравится кончать?
— Ну, эмм… — она откашливается. — Я нечасто получаю удовольствие от типичного П-в-В, но когда это случается, это требует много времени и касаний.
— Так что дарит тебе удовольствие? — бормочу я, целуя её шею.
— Р-руки и языки и… другие вещи.
— Например? — спрашиваю я.
Она прерывисто выдыхает, её касания бродят по моим бёдрам, затем поглаживают меня через спортивные брюки.
— Так нормально?
— Да, — выдыхаю я. — Но я реально могу кончить, если ты продолжишь..
Она медлит.
— Хочешь, чтобы я остановилась?