— Не говорила, да? Она стесняется, когда ее так зовут, — с теплой улыбкой сказал Ярослав. — Мы путешествовали в северо-западные города этой зимой: Стрельник и Великий Всход. Очень умелый она воин, конечно. Боевой журавлик! Да вот рассуждала точно, как ты сейчас, не желала геройства. Даже от таланта бы отказалась, да не придумала как. Всё хотела найти спокойное место, чтобы осесть надолго — так она в Умире и очутилась. Мечтала либо домой вернуться, либо всё это геройство просто бросить. Мы из-за этого и разминулись. Она тогда ушла на юг с двумя ребятами.
— Аслан и Андрей?
— Ага! Они, видишь ли, поставили себе цель, — саркастично изрек Ярослав, вскинув руки, — найти путь домой! Бред. Хм. Так ты, выходит, с Асланом и Андреем знаком?
Рэй качнул головой, невольно припомнив, что с теми сталось.
— С ними я за Журавлика не переживаю, отличные ребята, — кивнул Ярослав. — Андрейка у нас волшебник или типа того! Геройский талант колдовства получил, представляешь? Ха, только вот колдовство еще не освоил. Вроде бы какой-то туман умел призывать. И то — в безветренную погоду! — рассмеялся воин, звякая доспехом. — А вообще, мы с ними…
— Послушай! — перебил Рэй. — Что за тема с этими тетрадками? Зачем мою забирал, что в них такого важного?
Ярослав перестал качать ногой. Поднялся. Деловито уселся, подогнув ноги, и опять принялся рассматривать якобы героя перед собой.
— Вот такие вопросы и заставляют сомневаться в тебе. Что за герой не знает о дневнике?
Рэй в очередной раз пояснил, что его призыв прошел совсем не гладко, а кот из Башни мало что объяснил. Ярослав только прицыкнул и, с характерным высокомерием, принялся объяснять.
— Тетрадка. Она называется… ну, вообще-то, в Башне ее никак не назвали, но мы, настоящие герои, конечно, зовем ее дневником! А как иначе? Нужен он, понятное дело, чтобы записывать свои подвиги. Или же, — задумался Ярослав, — если подвигов пока нет, то просто всё, что с тобой происходит. Сколько угодно пиши — не закончится, вот за это Башне спасибо. Можешь сведения полезные заносить, карты местности, приметы зверей и чудовищ, информацию об известных людях Княжества. Можешь даже рассуждения, мысли излагать.
— Тоненькая, много мыслей не запишешь.
— На твою башку хватит! Не-ет, если ты и правда герой, — усмехнулся Ярослав, — то надо тебя в Башню возвращать, как производственный брак! Не понял, что тетрадь бесконечная?
Рэй поднял свою, запросто пролистал от начала до конца, ни в какую бесконечность не провалился и вернул на Ярослава вопросительный взгляд. Воин театрально ударил себя по лбу, затем выхватил тетрадь и начал медленно и демонстративно перелистывать:
— Вол-шеб-на-я! Твоя понимать? Пока пишешь, страницы не заканчиваются. На, — метнул предмет обратно, — можешь хоть сто томов сюда занести. Причем всегда открывается на той странице, какая тебе нужна. Ты б заметил, если б хоть что-нибудь записал, кроме этого бездарного рисунка.
Рэй принял дневник, и правда дивясь собственной непрозорливости.
— Твой с каракулями, конечно, никакой ценности не представляет. А вот, — Ярослав с любовью глянул на свой, — ты слышал о вещах Великих Героев?
— Настя упоминала. Волшебные предметы, обладающие паранормальными свойствами. Сказала, что они стоят очень дорого.
— Дорого, ха! — высокомерно цыкнул Ярослав. — Дорого — это хорошим оружием с челядью драться, — он качнул головой на свое копье, а потом на охотников. — Вовсе не в деньгах цена геройских вещей. Как ты уже понял, Великие Герои давно свалили из этого мира, да дьявол бы знал куда! Но многие их вещи остались и даже нашли отражение в сказках и былинах. Как же эти сказочные вещи отыскать спустя столько веков?
— Дневники… — внезапно осознал Рэй, — у Великих Героев они тоже были, да?
— Вижу дотумкал. Дневники Великих Героев — не только единственная зацепка, ведущая к легендарным вещам, но еще и ключ к истории, к тому, что произошло века назад! С кем или чем первые герои бились за этот мир? Чем закончилось сражение? Почему всё повторяется?!
По коже пробежали мурашки, когда Ярослав, тоже вдохновившись, пылко задал последний вопрос.
— Ух, зябко становится, — потирая предплечья, сказал один из стрелков, — а ну-ть, еще полешко до огня закинь.
— Да и не холодно вовсе. Иль ты костер поярше сделать хочешь, а? — с издевкой ответил второй стрелок, укладывая два толстых полена поверх огнища.
— Не боись, мы от кудлатой гадины далёко. Ему легче до лагеря сходить на обед. Что ваше кудлатое величество изволит откушать, курочки аль свинки? — подтрунивал рогатчик, подсовывая стрелку то один, то другой кусок фазана.
— Брехачи! — возмутился в ответ стрелок. — Без кудлатого тут хватает. Сами знаете, что это за лес.
— А что это за лес? — включился Рэй в разговор следопытов.
Те заговорщически переглянулись.
— Айх, — отмахнулся командир, который до сих пор сидел в стороне от вечерней болтовни. — Волки-кривотолки. Еще давно молва была, значт. Что именно в этот лес люди почём-то уходят. Не пойми на кой! Никому слова не говорят, уходят и всё. И не возвращаются, конечно. Оно как зовет их кто-то, манит. А потом, ну, тут их повешенными находили. Раз несколько.
Рэй слегка побледнел. Он бы ни за что не испугался глупой деревенской байки, да только вспомнился Яшка! Которого как раз и заманили в лес. Этого, впрочем, никто не вешал.
Вдалеке опять ухнула птица, новым, еще более злобным голосом. Рэй обернулся, вглядевшись в слепой лес — тот будто бы смотрел в ответ. Небо — матовое и черное, словно тушь, высилось над биваком, и будто бы ничего не осталось в мире, кроме этой махонькой полянки, освещенной последним во Вселенной костром.